Коста, Хоакин

Сын Хоакина Коста Ларреголы, мелкого сельского землевладельца, и Марии Мартинес Хиль, он в юном возрасте переехал в Граус и начал обучение на кафедре латинского языка^[3]. Позднее работал и учился в Уэске, получив среднее образование и педагогическую степень, а также в Мадриде, где получил докторские степени по гражданскому и каноническому праву (1872) и по философии и литературе (1873)^[4][5].

В 1876 году написал труд La vida del Derecho и стал доцентом в Центральном университете, откуда ушёл в знак протеста против новой образовательной политики вместе с Франсиско Хинером де лос Риосом и другими членами Свободного института образования (Institución Libre de Enseñanza). Затем Хоакин тесно сотрудничал с данным светским учебным заведением, вдохновлённый философией Краузе, преподавал и активно участвовал в Национальном педагогическом конгрессе 1882 года. С 1881 года проходил стажировку в юридической фирме другого известного последователя Краузе, либерального экономиста Габриэля Родригеса Бенедикто, которого он называл своим наставником.

Занимался юридической практикой в ​​Куэнке, Гвадалахара (1876—1877), а затем в Уэске (1877—1879). Во время своего пребывания в родном городе написал «Кельтиберийские вопросы: религии, политическая, гражданская и религиозная организация кельтиберов и обычное право Верхнего Арагона».

Вернувшись в Мадрид в качестве ученика Габриэля Родригеса Бенедикто, Коста сотрудничал с разными журналами. Позже, в 1887 году, он стал профессором и разработал план «Истории испанского права в древности». Принимал участие в Конгрессе арагонских юристов в Сарагосе.

Скромное происхождение склонило его к политике; он, в частности, изучал народные корни испанского обычного права (Введение к трактату о политике, основанному на пословицах, балладах и эпосах Пиренейского полуострова, 1881) и сельскую жизнь, участвуя в Конгрессах фермеров и скотоводов (1880—1881).Также принимал участие в многочисленных африканистских и аболиционистских митингах и конференциях, представляя свои взгляды в работе «Испанская торговля и африканский вопрос» (1882)^[6].

Активная географическая работа, проводившаяся в 1882—1887 годы, была направлена ​​на интеграцию Испании в политику экспансии и «цивилизаторский дух, который движет всеми европейскими нациями». Изменения в экономическом и политическом порядке, вызванные расширением железных дорог и пароходства, затронули бы сельскохозяйственные вопросы, нуждавшиеся в глубоких реформах в рамках глобальной экономики. В своей статье «География и торговля», опубликованной совместно с Рафаэлем Торресом Кампосом, он обосновал важность географических знаний и торговой деятельности для национального возрождения^[7].

В период с 1876 по 1881 год Коста опубликовал различные исследования по кельтиберийской мифологии, а также по римской и средневековой тематике^[8].

В 1888 году он получил должность нотариуса в Хаэне и выступил за реорганизацию нотариальной профессии, земельного кадастра и системы правосудия (1890). В 1890 году был назначен членом Королевской академии истории^[9]. Позже запросил и получил отпуск от своих нотариальных обязанностей и временно переехал в Граус, где занимался юридической практикой.

Однако в возрасте двадцати одного года у него начала проявляться прогрессирующая мышечная дистрофия правой руки, из-за чего он был вынужден остаться в Граусе^[10]. Там, несмотря ни на что, Хоакин организовал Лигу налогоплательщиков Рибагорсы, которая превратилась в политическое движение с социальными целями. Это привело к проведению нескольких кампаний по всему Верхнему Арагону (с 1892 года), направленных на увеличение сельскохозяйственного производства за счёт ирригации и гидротехнических работ, которые, по мнению Косты, должны были проводиться государством. В 1893 году он баллотировался на муниципальный пост в Граусе от Сельскохозяйственной палаты Верхнего Арагона, но его избранию помешали местные политические деятели.

После возвращения к работе нотариусом в Мадриде в 1893 году и поражения на выборах 1896 года, где он баллотировался в парламент от Сельскохозяйственной палаты Верхнего Арагона, у него появилось более политическое и социально-научное видение. Он подготовил свой главный труд, «Аграрный коллективизм» (1898), в котором резко критиковал разрушение исконных систем общинной собственности путём лишения церковных земель и других подобных практик. Эта работа взбодрило общество после катастрофы 1898 года, когда Испания потеряла свои последние колонии — Кубу, Пуэрто-Рико и Филиппины — из-за войны с Соединёнными Штатами.

Во втором томе «Аграрного коллективизма в Испании» (1898) Коста представляет всеобъемлющую экономическую историю систем собственности и их различных форм (от охотничьих угодий до муниципальных и общинных земель), а также методов эксплуатации, прослеживая их историю до двух столетий до нашей эры.

Национальный союз, одним из создателей которого являлся Коста, распался из-за напряжённости между народными и корпоративными интересами. Хоакин понимал, что власть в её нынешнем виде не сможет осуществить реформы, направленные на возрождение, однако в этом стремлении он оказался совершенно один и, потрясённый провалом Национального союза, продолжал возлагать ответственность за ситуацию в Испании на саму монархию в таких работах, как «Кто должен править после катастрофы», «Реконструкция и европеизация Испании» и в исследовании, проведённом в сотрудничестве со ведущими деятелями испанской культуры и общества (от Мигеля де Унамуно до Эмилии Пардо Басан), чтобы написать один из своих классических трудов: «Олигархия и касикизм как нынешняя форма правления в Испании: необходимость и пути её изменения» (1901) — обличение коррупции политической системы Реставрации, которое привело к отстранению Косты от политических центров этой системы^[11].

Его политический провал приблизил его к социализму в последние годы жизни. Хоакин Коста вернулся в город Граус в 1904 году, разочарованный и утративший оптимизм в отношении испанского политического класса, включая республиканский проект. Заболев, он навсегда удалился на семейную виллу. В 1906 году он принял участие в Международном конгрессе исторических наук в Риме, чтобы представить свои «Семь критериев управления». Именно там он подтвердил свои республиканские идеалы, смягчённые уважением к Пабло Иглесиасу. В том же году были опубликованы все его труды по гидротехнической политике — своего рода политическое завещание, которое привело к реализации важных ирригационных проектов в Арагоне и других частях Испании много лет спустя. В 1908 году он предпринял последнюю попытку войти в испанскую политику, отправившись в Мадрид, чтобы выступить против предложенного Маурой закона о борьбе с терроризмом^[12].

В личной жизни отмечены попытки ухаживать за Консепсьон Касас Солер, но она отвергла его^[13]. Позже Коста влюбился в Исабель Паласин, бабушку Фелисидад Блан (жены поэта Леопольдо Панеро). У них родилась дочь, Мария-Антигона Коста Паласин, в 1883 году, к которой он испытывал большую привязанность^[14][15].

Коста умер 8 февраля 1911 года. Его смерть вызвала национальный переполох, и он был похоронен на кладбище Торреро в Сарагосе, потому что народ выступал против переноса его останков в будущий Национальный пантеон, а монархические политики не хотели массовых похорон, которые можно было бы представить почти как выступление против системы^[14].

Испанский историк Альберто Хиль Новалес отметил главное противоречие в работе Косты: он обличает изнутри самую политическую систему, которую стремится разрушить. В качестве резюме исследования (1902 г.) была разработана программа «практических заявлений» Хоакина, фактически политическое завещание, в которой смешиваны грандиозные замыслы с некоторыми мелкими, почти провинциальными, навязчивыми идеями:

• Радикальные изменения в использовании национальных ресурсов и энергии (бюджет, ориентированный на образование, внутреннюю колонизацию, гидротехнические работы, лесовосстановление, научные исследования и т. д.)… «то есть, деафриканизация и европеизация Испании».
• Реформа образования на всех уровнях, «перестройка и переосмысление испанского языка в европейском стиле» (план очень подробный и демонстрирует влияние Хинера).
• Резкое снижение цен на хлеб и мясо (за счёт повышения производительности и развития сельскохозяйственного кредитования).
• Улучшение дорог для гужевого транспорта.
• Предоставление пахотных земель в качестве бессрочного и неотчуждаемого владения тем, кто обрабатывает их, но не владеет ими. Как? «Путём отмены законов о лишении прав собственности, касающихся городских советов, предоставления муниципалитетам права приобретать новые земли, создания общинных садов… Там, где этого недостаточно, экспроприация и аренда или ипотека земель…».
• Социальное законодательство (трудовые договоры, социальное обеспечение, пенсионные фонды). «Реформирование и европеизация нашей валюты посредством европеизации сельского хозяйства, горнодобывающей промышленности и торговли, национального образования, государственного управления, а также общей и финансовой политики, тем самым восстанавливая доверие Европы к нам».
• 

  Школьный комплекс Хоакина Коста в Сарагосе.
  Создание судебной системы, достойной своих функций.
• Местное самоуправление: муниципализация общественных услуг и отдельных отраслей или предприятий (трамваи, телефоны, уличное освещение, общественные туалеты, прачечные, электроснабжение, пекарни, мясные лавки и т. д.).

• «Обновление господствующего абстрактного либерализма, который сосредоточился исключительно на создании и гарантировании общественных свобод посредством иллюзорного инструмента Официального вестника… замена его органическим, этическим и содержательным неолиберализмом, который стремится создавать и укреплять эти свободы прежде всего посредством личных действий тех, кто находится у власти, направленных неустанно и железной рукой против местных боссов и олигархов».

В заключение к этим пунктам было предложено обновление всего руководящего состава.

Предложения по аграрной реформе едва ли считались революционными, однако в целом они были конкретными предложениями по модернизации, включающие правовые и институциональные улучшения, направленные на «европеизацию»^[16].

С тех пор Коста часто становился представителем и лидером тех, кто предлагал объективный, позитивный и активный ответ на серьёзные проблемы страны, чем так называемое Поколение 98-го года, воплощая в жизнь придуманную им формулу «Школа и Хлеб» и став главой движения «Возрождение». Его революционная позиция против двухпартийной системы и осуждение некомпетентности и эгоизма политиков не были услышаны, но постепенно принесли ему моральное лидерство.

Изначально, примерно в 1880-х годах, Коста выступал за колонизацию Африки и превращение Испании в морскую державу, но к 1884 году он заявил: "Марокко и Испания должны сохранить свою взаимную независимость, категорически отвергая любые попытки завоевания друг друга^[17].

В последующие годы Хоакин Коста продолжал изучать актуальные правовые темы, такие как «Обычное право и народная экономика в Испании» (1902). Его избрание депутатом от Республиканской партии произошло в момент, когда он почти полностью утратил надежду на возрождение Испании^[18].

Мануэль Асанья описал Косту как «консерватора, который хотел перестать им быть, но не смог»^[19]. Энрике Тьерно Гальван, со своей стороны, в 1961 году утверждал, что Коста культивировал «распространённое представление и чувство восхищения националистической тоталитарной диктатурой», линию мысли, которую он назвал «костизмо», и которая, по его утверждению, вдохновила «идеологические основы» военного восстания, приведшего к Гражданской войне в Испании, и стала частью предполагаемой «дофашистской» испанской идеологии^[20][21].

Однако точка зрения Тьерно Гальвана была опровергнута различными авторами, которые утверждают, что это мнение игнорирует интеллектуальное развитие Косты^[19]. Его взгляды также подвергались критике со стороны сторонников Франко, таких как Хосе Лопес Пруденсио^[22]. Мануэль Перес Ледесма видел в политике Косты «радикальное изменение в концепции морфологии испанского государства»^[23].

Несмотря на республиканские взгляды, Коста твёрдо верил, что парламентаризм — это гибель и падение Испании^[24][25]. Луис Антон дель Ольмет определил его как испанского националиста, поскольку, хотя он и верил в необходимость европеизации Испании, но также отстаивал её старые региональные институты и провозглашал необходимость «хирургической политики»^[24].

В 1923 году школа Хоакина Косты была спроектирована архитектором Мигелем Анхелем Наварро; открыта в 1929 году^[26]. Здание, расположенное на Пасео Мария Агустин № 41 в Сарагосе, было объявлено объектом культурного интереса в 2008 году^[27][28].

В ознаменование столетия со дня смерти Хоакина Косты 8 февраля 2011 года правительство Арагона при сотрудничестве с Университетом Сарагосы и другими учреждениями организовало культурные и памятные мероприятия^[29].

Существует ассоциация нотариусов под названием «Хоакин Коста». Была создана в 1991 году

с целью продвижения и распространения ценности нотариальной практики как фундаментальной основы для превентивной правовой определённости.