Клакёр

Наиболее близкий по целям и устройству к современной клаке пример зафиксирован в античности, когда император Нерон, в своей мегаломании, приказывал около пяти тысяч молодых людей приветствовать и восхвалять его каждый раз, когда он выходил на сцену, чтобы петь или выступать как несомненный главный герой.

По-видимому, идея Нерона вдохновила французского поэта Жана Дора в XVI веке: он приобретал определённое количество билетов на свои спектакли и раздавал их в обмен на обещание аплодировать, что стало прообразом будущей клак в Европе. В 1820 году клакеры стали профессионалами с открытием агентства в Париже, которое занималось организацией и предоставлением клакёров театрам или авторам, нуждающимся в подобных услугах. Уже через десять лет подобные агентства появились не только во Франции, но и в соседних странах.

Директор театра или оперы мог заказать любое количество «аплодировщиков», которые обычно подчинялись шефу клак (фр. chef de claque — «глава аплодисментов»), определявшему, когда усилия клакёров необходимы, и начинавшему демонстрацию одобрения. Эта демонстрация могла принимать разные формы. Были комиссары (фр. commissaires), которые заучивали пьесу наизусть и обращали внимание соседей на ключевые моменты между актами. Смеющиеся (фр. rieurs) громко смеялись над шутками. Плачущие (фр. pleureurs), обычно женщины, изображали слёзы, держа платки у глаз. Щекочущие (фр. chatouilleurs) поддерживали хорошее настроение в зале, а биссеры (фр. bisseurs) хлопали и кричали «Бис! Бис!», чтобы добиться повторения^[3].

Эта практика распространилась на Италию (особенно известна клак Ла Скала в Милане), Вену, Лондон (в Королевской опере) и Нью-Йорк (в Метрополитен-опера). В более мафиозном аспекте клаки также использовались как форма вымогательства: певцов перед дебютом посещал шеф клак с требованием заплатить определённую сумму под угрозой быть освистанным и подвергнуться шумному протесту, если они откажутся.

В рамках «концертного этикета» композиторы, такие как Артуро Тосканини и Густав Малер, не одобряли использование клак. Однако некоторые, например Вольтер, активно пользовались услугами клак для успеха своих премьер.

Так называли три типа субгрупп, связанных с театральной сферой в Испании конца XIX века и первой половины XX века, описанных критиком Аугусто Мартинесом Ольмедилья в его книге Anecdotario de la farándula madrileña (1947). В случае клак (в театральном жаргоне — алабарда), одним из главных специалистов, организаторов и вдохновителей был Гонсало Маэстре, которому доверяли свои успехи такие предприниматели, как Ардериус, Франсиско, Луис Навас, Лара, Кандидо, Эдуардо Яньес или Аррегуи и Аруэх. Из интервью Ольмедильи с ним следуют такие максимы:

1. «Без клак — провал, ведь протест спонтаннее, чем восхищение»;
2. «Платная публика никогда не начинает аплодировать — из страха показаться смешной»;
3. «Те, кто не платит — люди с влиянием в гильдии — более склонны к критике, чем к признанию успеха коллеги»;

Существовала также негативная клак или «изнашивающая» — не доходя до грубого явления «ревентаторов» премьер, как, например, у известных антрепренёров вроде Дукаскаль, Фелипе, которые нанимали клак с задачей аплодировать не вовремя, что вызывало протесты части публики и приводило к хаосу и нарушению ритма спектакля. Работа руководителя клак начиналась на генеральной репетиции, где он отмечал ключевые моменты для организации действий своих подопечных, хотя, как он сам отмечал, иногда приходилось полагаться на вдохновение, чтобы уловить магию момента — будь то эффектный выход или удачная шутка. Об этом писал Синесио Дельгадо:

Не было бы столько «королей на три месяца»,

если бы Маэстре отрубили руки.

До 1970-х годов билеты клак на главные мадридские театры получали в барах или заведениях рядом с театром^[4]. Так, например, для Театра Сарсуэлы их раздавали в баре «La Regional» на улице Лос Мадрасо, для театра Эслава — в баре «Caracol» на улице Ареналь, а для старейшего Театра Эспаньол — в заведении по адресу улица Уэртас, 18.

В странах Южного конуса были клакёры, впоследствии ставшие легендами шоу-бизнеса, например, танго-певец Карлос Гардель,^[5] или комик Альберто Ольмедо из Росарио.