Закон о языке (Эстония)

В законе отмечается усиление надзорной составляющей^[1]. Как отмечает глава языковой инспекции И. Томуск, «В сравнении с действующим в новом законе больше всего изменилась область информационного языка (ст. 16» и «Совершенно новой по сравнению с действующим законом является статья 19» (о заключении договоров). Уточнены положения о том, к кому предъявляются требования по владению эстонским языком и когда для подтверждения владения им необходим особый экзамен. Министерство образования получит право контролировать качество курсов эстонского языка для взрослых, в том числе краткосрочных.

Консультативный комитет Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств в апреле 2011 года призвал Эстонию отказаться от штрафов за нарушения закона о языке и рассмотреть возможность упразднения языковой инспекции^[2].

В 2015 году вступили в силу изменения к закону, предусматривающие, что штрафы за недостаточное владение работниками эстонским языком будут налагаться на работодателей вместо работников^[3].

ЕКРН в 2015 году выразила озабоченность подходом закона к уровням владения языком и рекомендовала провести лингвистический и юридический экспертный анализ того, не содержит ли закон косвенной дискриминации в доступе к занятости в отношении тех, кто обучался не на эстонском языке^[4].

В декабре 2022 года были приняты законодательные поправки о поэтапном переходе образования на эстонский язык: реформа началась 1 сентября 2024 года в детских садах, первых и четвёртых классах, продолжается поэтапно и должна завершиться к 2029/2030 учебному году. В августе 2023 года независимые эксперты УВКПЧ ООН заявили, что обязательный перевод дошкольных и школьных учреждений, включая двуязычные, на эстонский язык фактически упраздняет языки меньшинств как средство обучения и может нарушать их права на образование^[5].

Летом 2026 года были приняты поправки, запретившие публичную демонстрацию аудиовизуальных произведений с дубляжом или закадровым переводом с одного иностранного языка на другой. Фильмы для взрослой аудитории должны демонстрироваться на языке оригинала с эстонскими субтитрами, а для фильмов, предназначенных для детской и семейной аудитории, сохранена возможность иноязычного дубляжа. В сентябре 2026 года руководители ERR, Duo Media Networks, TV3 Group Estonia и V World North Europe обратились к министру образования Кристине Каллас с предложением сохранить обязательный перевод аудиовизуального контента на эстонский язык, но разрешить вещателям самостоятельно предлагать дополнительные языковые версии и способы перевода. Авторы обращения связывали запрет с оттоком аудитории к зарубежным русскоязычным ресурсам, экономическими потерями местных медиакомпаний и усилением внешнего информационного влияния^[6].

Когда в 2009 году был опубликован проект нового закона о языке, МИД России усмотрел в нём иллюстрацию главного направления мысли эстонских законодателей, усиливающего дискриминацию проживающего в Эстонии русскоговорящего меньшинства^[7].

Закон о языке, действовавший до 2011 года, был принят в 1995 году. Поправки, внесённые в него в 2000 году, приветствовались Верховным комиссаром ОБСЕ по делам национальных меньшинств^[8]. Поправки, внесённые в него в 2007 году, вызвали протест «Международной амнистии»

Закон 1995 года пришёл на смену Закону Эстонской ССР о языке, принятому в 1989 году.