Жестокие игры (пьеса)

• Кай Леонидов, 20 лет |
• Никита Лихачёв, 20 лет | друзья по школе.
• Терентий, 20 лет |
• Неля, прибывшая в Москву, 19 лет.
• Мишка Земцов, врач, 30 лет.
• Маша Земцова, геолог, 39 лет.
• Константинов, отец Терентия, 50 лет.
• Ловейко, сосед Земцовых, 38 лет.
• Олег Павлович, отчим Кая, 43 лет.
• Мать Нели, 44 лет.
• Любася, младшая сестра Никиты, 18 лет.
• Девушка, похожая на ангела | автор предлагает эти роли
• Девица, совсем не похожая на ангела | играть одной актрисе.

В конце сентября в Москве, на Тверском бульваре, в просторной, но запущенной трёхкомнатной квартире живёт двадцатилетний Кай Леонидов. Его мать с отчимом работают в Исландии, отец давно уехал в Ленинград и завёл новую семью. Кай бросил юридический институт, перевёлся на заочное отделение и теперь целыми днями сидит в кресле в своей комнате, рисует мрачные картины и наблюдает за дождём за окном. В один дождливый вечер к нему без стука заходит девятнадцатилетняя Неля. Она приехала из Рыбинска, провалилась на экзаменах в медицинский институт, сбежала от родителей, которых, как она говорит, ненавидит, и теперь ей негде жить. После долгих препирательств, в ходе которых Неля проявляет упрямство и отчаяние, а Кай — циничное равнодушие, он разрешает ей остаться. Она уходит спать на диванчик в соседней комнате. Позже появляются друзья Кая: строитель Терентий, который только что стал старостой в общежитии, и его отец Константинов, тщетно пытающийся наладить контакт с сыном. Затем приходит Никита Лихачёв — успешный, красивый студент-математик из большой и шумной семьи. Друзья обнаруживают спящую Нелю. Между Никитой и проснувшейся девушкой мгновенно возникает взаимный интерес и лёгкий флирт.

Проходит полтора месяца, середина ноября. Неля прочно обосновалась у Кая, навела порядок, устроилась на работу «клеить обои» и надеется вскоре получить московскую прописку. Она заботится о Кае, покупает продукты, варит ему кофе. В квартире по-прежнему собирается тот же круг. Появляется новая персона — тихая, отстранённая девушка, похожая на ангела, с которой Кай ведёт странные, почти философские диалоги. Приходит Константинов, который вновь пытается подарить сыну портрет В. М. Шукшина и снова получает холодный отпор. Никита продолжает блистать в институте и на спортивных соревнованиях, но признаётся, что в его образцовой семье все так заняты собой, что почти не видятся, и ему незачем возвращаться домой. Отношения Нели и Никиты становятся всё более напряжёнными и двусмысленными. Она ласково зовёт его Бубенчиком, дарит шоколад, просит остаться на ночь, но в то же время провоцирует, говоря, что беременна от него. Он отвечает с насмешливой беспечностью. Картина заканчивается эмоциональным чтением Терентием стихов М. Ю. Лермонтова наизусть. Неля, слушая его, тихо плачет в углу, и Кай приказывает ей выйти из комнаты.

В конце января в гости к Каю неожиданно приезжает его двоюродный брат, тридцатилетний Мишка Земцов. Он врач, работает в тайге на нефтепромыслах под Тюменью, недавно у него родилась дочь. Мишка — полная противоположность московским друзьям: жизнерадостный, поёт под гитару собственные песни, полон историй о суровой, но настоящей жизни в экспедициях. Его присутствие действует как укор. Рассматривая мрачные рисунки Кая, где изображён один дождь, Мишка говорит, что тому не хватает света и что он живёт на деньги матери, которую сторонится. Неля, которая вот-вот должна переехать в общежитие, возвращается с работы. Между ней и Никитой происходит острый разговор: она с вызовом заявляет, что беременна от него «на шестом месяце». Никита пугается и грубо отстраняется. Мишка, видя эту сцену, с горечью заявляет всем: «Тускло вы тут живёте, ребята. Кисловато, в общем».

Действие переносится в начало марта в Западную Сибирь, в посёлок нефтеразведочной экспедиции, и происходит в комнате Мишки и его жены Маши — геолога, сильной и неспокойной женщины тридцати девяти лет. В комнате беспорядок, в углу спит их двухмесячная дочь Леся. Маша страдает от домашней жизни, называя её клеткой, и рвётся обратно в тайгу, на участок «Тужок», чтобы доказать наличие там нефти. Мишка любит её, но не может удержать. Их сосед, хилый и вечно ноющий помощник бурильщика Ловейко, сообщает, что начальство не даёт разрешения на поисковую партию. В самый разгар семейного спора в дом входит Неля, замёрзшая и с чемоданом. Оказывается, она, ни с кем не простившись, сама приехала из Москвы, впечатлённая рассказами Мишки. Она надеется устроиться здесь помощницей и готовиться к поступлению. Маша сначала ревнует и подозревает недоброе, но Мишка радуется — его медсестра недавно уехала, и помощь очень нужна. Неля остаётся.

Середина мая; действие возвращается в московскую квартиру Кая. Прошло больше двух месяцев после отъезда Нели. Кай и Никита в компании новой, пустой и говорливой девушки ведут бессмысленный разговор. Никита подавлен: ему приснилась Неля, он пытался её разыскать, но узнал, что она бросила общежитие и уехала из Москвы. Его гложет мысль, что она скрылась, будучи беременной от него. Кай показывает ему единственный удачный, по его мнению, рисунок — портрет Нели, сделанный по памяти. Неожиданно появляется отчим Кая, Олег Павлович, проездом из Исландии. Их вежливый разговор полон скрытой неприязни. Отчим передаёт письмо от матери Кая. После его ухода Кай с ужасом обнаруживает, что письмо напечатано на машинке, а не написано привычным материнским почерком. Для него это становится крахом последней иллюзии живой связи. В приступе бессильной ярости он грубо хватает случайную девушку, бьёт её по лицу, крича, чтобы она не уходила. Девушка в ужасе убегает. Первая часть пьесы заканчивается тем, что Кай остаётся один, включает магнитофон на полную громкость и, как слепой, медленно кружится по комнате, не попадая в такт музыке.

Вторая половина июля, посёлок нефтеразведочной экспедиции. Комната Земцовых в беспорядке, ещё более сильном, чем обычно. Рано утром Маша укладывает вещи в мешок перед отъездом в тайгу на участок «Тужок». С ней должен ехать Ловейко, который с нетерпением ждёт начала походной жизни. Маша говорит, что томится в четырёх стенах, чувствуя себя в клетке, и рвётся доказать, что на Тужке есть нефть. Ловейко восхищён её целеустремлённостью, но Маша пресекает его намёки на чувства. Входит Неля с маленькой Лесей на руках, она прибежала, чтобы мать попрощалась с дочерью перед долгой отлучкой. Маша удивлена, говорит, что уже простилась в яслях. В этот момент возвращается Мишка, усталый, с охоты, он принёс уток, чтобы зажарить жене в дорогу. Он огорчён, узнав, что Маша уезжает не завтра, как планировалось, а сегодня, через полчаса, на вертолёте. Он упрекает её, что они не успеют нормально проститься, а Маша парирует, что ему самому нравится такая жизнь — постоянные вызовы. Между ними происходит тяжёлый разговор. Мишка признаётся, что помнит, как они встретились, но теперь помнит в основном только моменты прощаний. Маша говорит, что не умеет любить по-настоящему, она «насквозь геолог». В самый разгар объяснений вбегает Ловейко и сообщает, что из управления позвонили: Мишку срочно вызывают в посёлок Байкул — там придавило деревом повариху. Машина уже ждёт. Неля в ярости заступается за уставшего Мишку, но Маша лишь усмехается, говоря, что за всю их жизнь они пообедали от начала до конца всего восемь раз. Мишка смиряется, берёт рюкзак с инструментами. Перед уходом он напутствует Ловейко позаботиться о Маше и шутит, что тому теперь не помирать, а конфетами «Кис-кис» её кормить. Маша просит его жить весело. Мишка уходит на вызов, а Маша и Ловейко улетают на вертолёте в тайгу. Неля остаётся одна с Лесей и с горькой иронией отмечает, что родители девочки разбежались, забыв, что завтра у Леси день рождения — шесть месяцев.

Середина августа, вечер. Комната Земцовых прибрана. Мишка и Неля заканчивают чаепитие. За окном бушует сильный ливень с громом и молнией. Неля собирается домой, но Мишка уговаривает её остаться из-за непогоды. В их разговоре чувствуется близость и доверие. Неля спрашивает, нет ли чего покрепче, но Мишка переводит разговор на её планы, напоминая, что скоро заканчиваются приёмные экзамены в институты. Неля признаётся, что отложила поступление на год, чтобы «сил набираться», и с интересом наблюдает за Мишкой, за тем, как он красиво ест кашу или работает на операции. В шутку она исполняет для него свой старый детский танец «Вышел гусь погулять», с которым выступала в школе, и рассказывает, как отец побил её за порванный костюм. Затем она раскрывается полностью: рассказывает о несчастливом детстве у строгих родителей, о своём бунте, когда она, оставшись одна, «словно в бездну кинулась», и о последовавшей расплате — беременности, которую пресекли родители. Она говорит о парне, который бросил её со словами «Уйди ты от меня…», и о том, что с тех пор она не может никому по-настоящему верить. В порыве отчаяния, испугавшись грома, она бросается к Мишке и умоляет его жениться на ней, чтобы спасти её. Мишка отказывает, говоря, что безумно любит Машу. Он берёт Нелю за руку и «по ладони» говорит, что она любит не его, а того, кто её обидел, и хочет с его помощью вытеснить ту боль из сердца. Неля признаётся, что это правда, и рассказывает о Никите, о его ласковом пренебрежении, о том, как она врала ему о беременности, чтобы хоть как-то его задеть или испугать. Мишка утешает её, говоря, что настоящая, безумная любовь, которая не подлежит объяснению, ещё придёт к ней. Затем он сам признаётся, что знает об отношениях Маши с Ловейко в тайге, но это ничего не меняет в его чувствах, и того, что у них с Машей было, у него никто не отнимет. Они тихо поют под гитару песню о небе над рекой и прощаниях. Неля благодарит его за то, что он есть на свете. Мишка подбирает на гитаре мелодию её танца «Вышел гусь погулять», и Неля смотрит на него, всхлипывая — не то плача, не то смеясь.

Конец сентября, Москва, поздний вечер. В комнате Кая, где накрыт стол со следами ужина, друзья отмечают день рождения Никиты. Атмосфера тяжёлая, все выпили. Никита в нервном возбуждении ходит по комнате и говорит, что всем «примелькался», что никто по нему не скучает, несмотря на все его успехи. Он упрекает Кая в том, что тот организовал «суровый» праздник — сельдь, картошка, водка и никаких девиц. Терентий уговаривает его успокоиться, а Кай размышляет, что они стали другими, но не знают, какими. Вдруг Кай достаёт картонную коробку и вынимает оттуда потрёпанную куклу Нели, найденную под диваном. Никита в ярости требует, чтобы куклу убрали. Терентий подшучивает над ним, говоря, что тому неспокойно на душе, и цитирует его же слова: «Примелькался…». Никита бросается на Терентия с кулаками, начинается драка.

В этот момент входит отец Терентия, Константинов, с подарком — деревянной собачкой, которую он вырезал для Никиты. Терентий с досадой говорит отцу, что просил не приходить на день рождения. Почти сразу стучится ещё один гость — мать Нели, усталая женщина с потухшим лицом. Она ищет дочь, обошла все московские адреса. Узнав, что Неля давно уехала и адрес не оставила, она в отчаянии. Увидев на столе куклу, она трогательно говорит: «Леночки… с самого детства». Она просит показать, где спала её дочь, и уходит в соседнюю комнату. В квартиру врывается Любася, младшая сестра Никиты, и начинает его отчитывать: дома его ждёт праздничный стол с миногой, угрём и крабами, приехала тётя Соня, а он сидит тут пьяный. Никита прогоняет её. Мать Нели, выйдя из комнаты, укоряет Любасю за суетливость и дарит ей яблоко из своего сада, но та отказывается. Перед уходом мать Нели оставляет свой адрес и со слезами рассказывает, что муж умирает и хочет перед смертью простить дочь, которую сам же когда-то проклял.

После её ухода напряжение достигает пика. Терентий прямо обвиняет Никиту в жестокости по отношению к Неле, которая была для всех радостью, а от него сбежала, возможно, беременная. Кай говорит, что «все мы дерьмо», но Никита хуже, потому что не злой, а просто пустой. Никита в отчаянии кричит о своей «образцовой» семье, где все успешны, но никому нет до него дела, и его с детства «предназначали на первые роли». Кай вспоминает, как после развода родителей отец оттолкнул его, сказав, что он похож на мать, и с той поры он «перестал любить всех». Вспоминая счастливые моменты детства — как однажды в Кратове все вместе спасали тонущего Терентия и потом невероятно радовались, что он жив, — друзья на мгновение сближаются, даже начинают бороться и смеяться на полу, как дети. Но экстаз быстро проходит, и Терентий с тоской спрашивает: «А что теперь?.. Почему мы стали такими?» Никита снова ледяным голосом нападает на Константинова, требуя, чтобы тот ушёл. Константинов, прежде чем уйти, при всех рассказывает правду: он пил, выгонял маленького Терентия ночевать в сарай даже зимой, и его жена, мать Терентия, умерла то ли с горя, то ли от его побоев. После этого признания Терентий молча наливает себе полный стакан водки, выпивает и опускается на колени. Константинов тихо говорит: «Здоровы будьте», — и уходит.

Двадцатые числа октября, Сибирь. Утро в комнате Земцовых, всё расставлено с подчёркнутой тщательностью. Маша, не снимая дорожной одежды и ушанки, неподвижно сидит за столом. Рядом на табурете сидит Ловейко. Он уговаривает Машу сходить в контору, чтобы решить вопрос со снабжением, но она безразлична к его словам. Появляется Неля. Маша спрашивает её прямо, любит ли та её. Получив уклончивый ответ, Маша просит Нелю присматривать за Мишкой, чтобы он не оставался один. Затем она спрашивает, как погиб Мишка. Неля со слезами рассказывает, как его вызвали на санитарный рейс к геофизику с гангреной в непогоду. Вертолёт не смог сесть, Мишка стал спускаться по верёвочной лестнице, но сильный ветер отбросил его, и он упал в болото. Люди в ста метрах видели это, но помочь не смогли. Маша просит у Нели папиросу, та даёт ей коробочку с последним окурком Мишки. Маша докуривает его и говорит: «Умер, как жил». Неля пытается утешить её ложью, заявляя, что Мишка в последние месяцы безумно любил не Машу, а её, Нелю, и им не было дела до прежней жизни. Маша видит, что это неправда, целует Нелю и благодарит за эту ложь. Неля признаётся, что выдумала это, чтобы избавиться от памяти о другой, неверной любви, и что Мишка навсегда оставил Маше счастье — память о том, как такой человек мог её любить.

Маша рассказывает, что её, детдомовскую, жизнь не научила любить по-настоящему, её единственная радость — работа. Она признаётся, что неосторожно относилась к жизни и людям, как когда-то говорил Мишка. Входит Ловейко. Маша просит у него папиросу, закуривает и на глазах у Нели холодно заявляет ему, что его роль закончилась, и на Тужок она едет одна. Ловейко в отчаянии, но молча уходит. Маша говорит Неле, что через месяц вернётся, и оставляет Лесю на её попечение. Перед уходом она просит включить магнитофон и слушает последнюю запись Мишки — песню о том, как «весь мир бежит тебе навстречу! И убегает от меня». Прослушав песню до конца, Маша гасит окурок и уходит.

Начало декабря, Москва, поздний вечер. В квартиру Кая вбегают встревоженные Терентий и Никита. Кай, стоя у своего кресла, сообщает им новость: Неля вернулась два часа назад, и с ней маленькая девочка по имени Леся, которая простужена. Никита в смятении начинает подсчитывать возраст ребёнка и требует правды. Кай усмехается, наблюдая за его замешательством. Появляется Неля, уложившая ребёнка спать. Она дерзко здоровается с Никитой. Никита требует объяснений, но Неля лишь дразнит его, говоря, что ребёнок крупный, хотя и родился раньше срока. Когда Никита в ярости требует назвать имя отца, Неля с вызовом отвечает: «А не помню». Никита, потрясённый, собирается уйти, но Неля хватает его и спрашивает, хотел бы он, чтобы девочка была его. Он грубо отталкивает её. Неля плачет. Терентий, желая защитить её, наивно и искренне предлагает Неле выйти за него замуж. Неля сквозь слёзы называет его глупым, но обнимает. Кай замечает, что Терентий на самом деле умный. Неля рассказывает, что жила в Салехарде у дальних родственников, и спрашивает, думал ли о ней Никита. Тот признаётся, что ему было её жалко, когда он увидел её вымазанной в саже. Неля уходит умываться, и друзья обсуждают ситуацию. Кай передаёт Никите насмешливые слова Нели о том, что у него «уши шевелятся, когда жуёт». Когда Неля возвращается, Никита снова пытается выяснить правду, но она лишь усмехается. В конце концов, он сдаётся и уходит, а Неля снова плачет, глядя на спящую дочь Маши, которую она назвала Лесей.

Последние дни декабря, вечер. В комнате Кая наряжена небольшая ёлка, в колясочке у окна спит Леся. Кай рисует в блокноте, глядя на девочку, а на полках возле мольберта уже стоят несколько фигурок Леси, вырезанных из разных материалов. Неля готовит праздничное угощение и мечтает о будущем. Терентий репетирует перед зеркалом, разгримированный под старика для выступления в самодеятельности. Приходит Никита, и Неля ласково дразнит его, спрашивая, не пришёл ли он полюбоваться на «единственную свою дочь». Между ними происходит тяжёлый разговор: Неля говорит, что им обоим жалко, и что уже поздно что-то менять. Она признаётся, что могла бы родить ребёнка от него, но теперь это невозможно. Никита в ярости обвиняет её во лжи.

Неожиданно в дверях появляется Маша Земцова. Она молча забирает спящую Лесю. Неля пытается объяснить, что думала — ребёнок Маше не нужен. Маша называет её бессердечной и советует бросить жестокие игры, «а то убьёшься». Неля просит позволить ей попрощаться с девочкой, но Маша отказывает, чтобы не разбудить её, и уходит. После её ухода в комнате повисает тягостное молчание. Никита кричит на Нелю, обвиняя её во лжи. Неля молча начинает собирать вещи, чтобы уехать. Однако Константинов, а затем Кай, Никита и Терентий останавливают её, снимая с неё пальто и платок. Кай зажигает свечи на ёлке, гасит свет и говорит, что выйдет на улицу, чтобы посмотреть в окно на горящую ёлку, «как в детстве». Пьеса заканчивается тем, что Неля и Никита остаются в комнате, освещённой только огнями ёлки, под тихую, грустную музыку магнитофона.

Имена персонажей в пьесе «Жестокие игры» представляют собой значимые художественные элементы, выполняющие характеризующую, стилистическую и идеологическую функции. Они входят в сложную ономапоэтическую матрицу текста, где их суггестивность и интертекстуальность служат ключом к интерпретации авторского замысла и образов героев^[1].

Центральное место в этой системе занимает имя Кай Леонидов. Его личное имя «Кай» является фикциональной номинацией с выраженным суггестивным потенциалом. Оно отсылает читателя и зрителя к прецедентному образу из сказки Ганса Христиана Андерсена «Снежная королева». Подобно своему сказочному тёзке, в чьё сердце и глаз попали осколки волшебного зеркала, герой Арбузова переживает внутреннее охлаждение и искажённое восприятие мира. Эта трансформация вызвана одиночеством, чувством безразличия близких и жизненными неудачами, включая исключение из института. Данная аллюзия служит не только характеристикой душевного состояния персонажа, но и социальным предостережением драматурга о последствиях пренебрежения семейными ценностями, которое может порождать чёрствых и бездушных людей. Однако интертекстуальность имени Кай не ограничивается одной отсылкой. Друзья часто называют героя Кай Юлий, Юлий или Юлик, что создаёт новую аллюзию — к исторической фигуре Гая Юлия Цезаря, символизирующей твёрдый характер, проницательный ум и талантливую деятельность. Эта реминисценция вносит в образ позитивный потенциал, подкрепляемый этимологией имени Кай, происходящего от латинского «gaudere» — «радоваться». Таким образом, имя становится многомерным знаком: оно отражает и текущую душевную травму героя, и заложенную в нём надежду на преодоление трудностей, возвращение к отзывчивости и умению радоваться жизни. Эта надежда драматурга подтверждается и поступками Кая в пьесе: он держит дверь своей квартиры открытой для нуждающихся, даёт приют незнакомой девушке, что свидетельствует о сохранившемся в нём фундаменте доброты и доверия к миру^[1].

Имена других ключевых персонажей также содержательны. Имя Никита, одного из друзей Кая, греческого происхождения и означает «победитель». В контексте пьесы это звучит иронично: герой, выходец из внешне благополучной семьи, внутренне пассивен и инфантилен, он скорее баловень судьбы, чем активный победитель жизненных обстоятельств. Имя Терентий, второго друга, латинского происхождения (от «terere» — «тереть, терпеть»), может оттенять его характер, связанный с переживанием внутреннего конфликта и терпением. Имя главной героини, Неля (уменьшительное от Неонилла, «молодая» или «новая»), подчёркивает её роль как новой, свежей силы в замкнутом мире героев, привносящей провинциальную прямоту и эмоциональность, которые бросают вызов циничной атмосфере «жестоких игр»^[1].

Подобный подход к именованию демонстрирует характерную для Арбузова работу с поэтонимами, где они становятся не просто ярлыками, а активными компонентами драматургического дискурса. Через суггестивные и интертекстуальные связи имён автор углубляет характеристику персонажей, проецирует их частные истории на вечные литературные и культурные архетипы и выражает свою концепцию, связанную с верой в преодоление внутреннего холода силами дружбы, любви и сохранённой человечности даже в условиях жестоких жизненных игр^[1].

Одной из самых знаменитых и значительных сценических версий пьесы «Жестокие игры» стала постановка Марка Захарова в Московском театре имени Ленинского комсомола (Ленком), премьера которой состоялась в декабре 1979 года. Этот спектакль считается программным для режиссёрского метода Захарова, в котором соединились жизненная достоверность и яркая театральная условность. Захаров определил жанр постановки как социальную мелодраму^[2], сосредоточив внимание на острых проблемах молодёжи конца 1970-х годов: инфантилизме и экзистенциальной потерянности. Московская квартира Кая становится прибежищем для «потерянного поколения» семидесятых: конфликтующего с отцом Теренция (Юрий Зайцев), сына из благополучной, но чуждой ему семьи Никиты (Александр Абдулов) и сбежавшей от родителей провинциалки Нели (Татьяна Догилева)^[3].

Ключевым элементом сценографии, созданной Олегом Шейнцисом, стало большое красное металлическое колесо, размещённое на сцене. Оно выполняло роль многослойного символа — от урбанистического «мотора» большого города и метафоры безжалостного времени до карнавального аттракциона. Его неожиданное вращение в различные моменты действия, не поддающееся рациональному объяснению, создавало атмосферу напряжённости и непредсказуемости, удерживая зрителя «на голодном информационном пайке». Сцена была разделена на две условные зоны: «московскую» часть с реалистичным интерьером квартиры и «сибирскую», уходящую в тёмное, безграничное пространство, что подчёркивало контраст между прошлым и настоящим героев^[3].

Особое внимание Захаров уделил способу актёрского существования. Он строил роли не на бытовом правдоподобии, а на монтаже экстремальных ситуаций и использовании техники игрового театра. Актриса Татьяна Догилева, для которой роль Нели стала дебютной и звёздной, воплотила на сцене новый женский тип — сочетающий грубость и ранимость, прагматизм и растерянность. Юрий Астафьев создал образ Кая — дворового «поэта-бандита», а Александр Абдулов сыграл Никиту как обаятельного инфантила, баловня судьбы. Режиссёр использовал социальные амплуа актёров, что усиливало ощущение, будто герои приходят на сцену «из жизни», а не из-за кулис. Музыкальное оформление Геннадия Гладкова сочетало лирические мотивы с резкими электронными рифами, ещё раз акцентируя современность и нерв эпохи. Спектакль был построен по эпизодному принципу с быстрой сменой сцен, где драматические коллизии чередовались с театральными аттракционами^[3].

Финал, сохраняя структуру арбузовской пьесы, приобрёл у Захарова открытость: Неля и Никита, разрисовывая друг друга карнавальными красками и играя на пианино в четыре руки, символизировали прорыв к подлинным человеческим ценностям, но не окончательное решение проблем. Постановка стала театральным хитом своего времени и важной вехой в формировании режиссёрской методологии Марка Захарова, основанной на синтезе жизненной правды, игровой условности и мощной визуальной метафоры^[3].