Донон (ресторан)

Ещё в 1824 году во дворе дома купца Калугина на набережной реки Мойки, 24 располагалась французская лавка, торговавшая печёным картофелем и модными тогда макаронами. Через 10 лет владелец лавки арендовал весь дворовый флигель для постройки кафе-ресторана, именованного рестораном Сан-Жоржа. В 1849 году ресторан выкупил Жан-Батист Донон, перешедший со своей семьёй в русское подданство^[3]. Хотя заведение располагалось в глубине двора без парадного входа^[2], оно быстро приобрело известность в городе как один из самых фешенебельных ресторанов^[2]. «Донон» также был известен своим одноимённым винным погребом с бургундским и бордо середины XIX века^[1]. Официантами ресторана были татары, высоко ценившиеся как ресторанные служители в силу их неприятия алкоголя^[4].

Следующие десятилетия заведение постоянно меняло своих владельцев, тем не менее ресторан продолжал обслуживать богатых посетителей и подавать французские блюда. Также в «Дононе» подавали паровые котлеты, уху, ершей и фирменный напиток жженку. При ресторане был оборудован сад, летом посетители обедали в садовых беседках, в начале XX века на эстраде ресторанного зала играл румынский оркестр^[3].

В 1910 году здание приобрёл Митрофан Сементовский-Курило^[5], владелец «Большой Северной» гостиницы и переместил заведение в здание на Английской набережной, 36^[2] у Благовещенской площади^[1]. Сементоовский переименовал заведение в «Старый Донон», так как название к этому моменту уже стало известным городским брендом^[4]. Предприниматель провёл капитальный ремонт по новому адресу, украсил помещение бронзой и картинами Тенирса, Воуэрмана и Сверчкова, висевшими в старом здании ресторана. Также Сементовский превратил «Донон» в акционерное сообщество, одно из первых в петербургском ресторанном бизнесе^[1].

Старое помещение ресторана на Мойке выкупил итальянский предприниматель А. П. Бетан и вступил в соглашение с татарской прислугой «Донона», зарегистрировав товарищество «Ресторан Бетан и татары» и открыв новый ресторан в старом помещении на Мойке. Стремясь извлечь максимальное преимущество из связи знаменитого названия с не менее известным адресом, Бетан нашёл во Франции нового партнёра с фамилией Донон, чтобы иметь законное право на регистрацию нового названия для своего ресторана — «Донон Бетан и татары». Также на Бетана работал бывший шеф-повар «Донона» З. Д. Еремеев. Таким образом в Петербурге возникли два действовавших ресторана «Донон», и оба ресторана претендовали на владение знаменитой маркой^[1]. Между их владельцами возник горячий конфликт, ставшей главной темой столичных газет и предметом для карикатур^[1]. Из-за давления Министерства торговли Бетан переименовал свой ресторан в «Товарищество Павел Донон, Бетан и татары, основанное в 1910 г.». Тем не менее итальянский предприниматель тщательно сохранял все традиции заведения по старому адресу. Жители Петербурга продолжали ассоциировать «Донон-Бетан» со старым и оригинальным рестораном^[6].

Оба «Донона» продолжали борьбу за внимание клиентов, например заявляли о 50-летнем юбилее ресторана. После кончины Бетана в 1911 году его дело продолжали партнёры. «Донон» Бетана пользовался популярностью, в том числе и из-за близкого расположения к императорскому дворцу. М. К. Сементовский-Курило, владелец старого «Донона» по новому адресу, терпел сильное давление из-за конкуренции и боролся за привлечение большего количества клиентов, организовывая музыкальные вечера, приглашая известных певцов и организовывая конкурс на рисунок для меню и плакат среди членов Императорского общества поощрения художеств (ИОПХ)^[6]. Тем не менее в 1912 году «Старый Донон» пережил банкротство^[7]. Однако, после значительной реорганизации, ресторан продолжил свою деятельность. В 1914 году в здании на Английской набережной произошёл пожар, однако ресторан был восстановлен^[7]. История двух ресторанов закончилась во время революции^[2], однако в период НЭПа на набережной Мойки, 24 существовал ресторан под названием «Донон». Несмотря на название, его характер разительно поменялся^[8], это было злачное заведение, которое, например, часто посещал легендарный бандит Лёнька Понтелеев^[9].

Постоянным клиентом ресторана был князь Алексей Александрович. Его также посещали Гончаров, Костомаров, Некрасов, Панаев, Писемский, Тургенев, Чернышевский и другие известные литераторы^[3]. Например Анна Ахматова упоминала обеды в «Дононе» как символ красивой и беспечной светской жизни Санкт-Петербурга^[4]. В 1890-х годах в «Дононе» знаменитыми столичными беллетристами проводились «дононовские субботы» в последнюю субботу каждого месяца^[3]. На такие встречи женщин не приглашали^[10]. В «Дононе» также организовывались ежегодные обеды членов общества передвижников^[11] и праздники в честь годовщины крестьянской реформы Александра II её организаторами^[12]. В ресторане предпочитала обедать петербургская профессура^[13].

В ресторане в своё время скрывался сбежавший из тюрьмы князь-анархист Пётр Алексеевич Кропоткин. Князь решил спрятаться в «Дононе», заметив, что «никому не придёт в голову искать его в модном ресторане». Тем не менее это не спасло князя от жандармерии, ворвавшейся в ресторан. Кропоткину удалось сбежать, так как полиция не проводила обыск возле здания^[5]. В начале XX века у ресторана встречались петербургские масоны^[5].

Так как в начале XX века в городе существовало два ресторана под названием «Донон» и возникла путаница с их обозначением, зачастую невозможно установить, какое заведение подразумевали мемуаристы и писатели при упоминание «Донона» накануне революции, например, где обедали участники и организаторы первой Финляндской выставки в 1917 году^[8].