Горелкин, Николай Васильевич

Родился в 1889 году в Москве. Член ВКП(б). Окончил Московский энергетический институт.

С 8 октября 1939 по 22 июня 1941 года Горелкин занимал пост полномочного представителя, а с 9 мая 1941 года — чрезвычайного и полномочного посла СССР в Италии^[1][2]. В июле 1940 года дипломат заявил о готовности СССР возобновить торговлю с Италией на политической основе. Ранее, 28 июня, он встретился с министром иностранных дел Галеаццо Чиано, который подтвердил признание Италией прав СССР на Бессарабию^[3]. 24 июля 1940 года Горелкин был принят Бенито Муссолини. Глава итальянского правительства выразил надежду на развитие отношений и отметил, что у двух стран есть общая задача — «борьба против плутократии» и «поджигателей войны на Западе»^[4]. 22 июня 1941 года посол принял от Галеаццо Чиано заявление об объявлении войны СССР^[5]. В ходе встречи министр конфиденциально сообщил, что Италия не имеет территориальных претензий к Советскому Союзу и сосредоточит военные усилия в Абиссинии и на Балканах^[6]. Дипломатическая миссия покинула Рим 5 июля 1941 года. Получив сведения о возможной атаке немецкой субмарины на море, Горелкин согласовал сухопутный маршрут эвакуации. За успешный вывоз персонала, уничтожение секретной документации и спецоборудования он был награжден орденом Красной Звезды.

В 1941 году занимал должность директора Опытного завода Всесоюзного электротехнического института им. В. И. Ленина. 30 сентября 1941 года был назначен директором Подольского завода «Винилпровод» (ныне Подольсккабель). В октябре 1941 года организовал эвакуацию предприятия в Уфу^[7][8]. В декабре 1941 года Горелкин вернулся в Подольск для организации возобновления производства. К июлю 1942 года завод вышел на плановые показатели выпуска продукции^[7][8]. В 1943 году перешёл на работу в центральный аппарат НКИД, где трудился до назначения в Уругвай^[1].

С 12 ноября 1944 по 17 мая 1952 года — чрезвычайный и полномочный посланник СССР в Уругвае^[9]. В этот период миссия в Монтевидео являлась важным дипломатическим центром в Южной Америке^[10]. Горелкин совместно с резидентами МГБ участвовал в выявлении нацистских преступников, скрывавшихся в регионе, и снижении их влияния на местные правительства. Значительное внимание уделялось консульской работе и репатриации. На основании указа от 30 июля 1945 года миссия занималась регистрацией и оформлением советского гражданства для уроженцев Западной Украины и Западной Белоруссии^[10]. Посланник активно противодействовал антисоветской эмиграции. Он направлял ноты в МИД Уругвая, заявляя, что представители литовской диаспоры не имеют права выступать от имени Литвы, так как единственным законным правительством является правительство Литовской ССР. Также он инициировал вопрос о частичной репатриации проживавших в стране литовцев^[10]. Деятельность миссии проходила в условиях начала холодной войны, что привело к регрессу восстановленных в 1943 году советско-уругвайских отношений^[10].

• Орден Трудового Красного Знамени^[1]
• Орден «Знак Почёта»^[1]
• Орден Красной Звезды — за успешную эвакуацию персонала посольства из Италии и уничтожение секретной документации^[1]

У Николая Горелкина было два сына и дочь: Виуэль (род. 1926; имя образовано от «Владимир Ильич Ульянов-Ленин»), Владимир и Светлана.

Николай Горелкин упоминается в исторической повести Евгения Воробьёва «Земля, до востребования», посвящённой судьбе советского разведчика в Италии Льва Маневича. Также дипломат упоминается в романе Валентина Пикуля «Барбаросса»^[11]..