Гисбрехтс, Корнелис Норбертус

О жизни художника сохранилось мало сведений. Гисбрехтс родился в Антверпене предположительно около 1640 года. Первые сохранившиеся работы художника датированы 1657 годом^[4]. Около 1660 года Гисбрехтс был зачислен в антверпенскую гильдию живописцев Святого Луки. Вероятно, там же он и обучался живописи^[5].

В 1664 году работал в Регенсбурге, с 1665 по 1668 год — в Гамбурге. С 1668 по 1672 год жил в Копенгагене, будучи придворным художником королей Дании Фредерика III и Кристиана V^[6]. Именно этот период стал для него наиболее плодотворным.

В последующие годы много путешествовал, работал в Стокгольме, Бреслау, и, вероятно, в Брюгге^[4]. Умер около 1675 года (место смерти неизвестно).

Корнелиус Норбертус Гисбрехтс известен в первую очередь как мастер натюрморта, хотя он рисовал также портреты и жанровые сцены^[7]. Его кисти принадлежит значительное количество натюрмортов типа «суета сует», в которых присутствуют типичные для этого жанра атрибуты — череп, песочные часы, свеча, мыльный пузырь и т. д. — призванные напоминать о бренности всего сущего и скоротечности земной жизни^[8]. Однако наибольшую известность Гисбрехтсу принесла другая разновидность натюрморта — так называемая «обманка». В XVII веке многие нидерландские художники увлекались иллюзионистским натюрмортом, стремясь изобразить реальность столь достоверно, чтобы нарисованное казалось настоящим. Возможно, на Гисбрехта повлияло творчество другого мастера обманки — Самюэла ван Хогстратена^[6].

В своих обманках Гисбрехт (как и ряд других нидерландских художников того времени) любил изображать письменные принадлежности, в частности, деревянные планшеты с прикреплёнными к ним письмами^[9]. На подобных планшетах или же на дверцах шкафчиков могли находиться не только письма, но и другие предметы, удерживаемые красными вертикальными и горизонтальными лентами. Все эти предметы, а также прикрывающие их занавески, изображались художником с исключительным мастерством, создавая иллюзию реальности. Кроме того, Гисбрехт часто изображал приоткрытые застеклённые дверцы шкафчиков, сквозь которые можно было «заглянуть» внутрь и рассмотреть содержимое^[9]. Дополнительную правдоподобность придавали тщательно прорисованные детали, такие как, например, замок и торчащий из него ключ^[10].

Настоящей «визитной карточкой» Гисбрехтса стала ещё одна разновидность обманки — изображение оборотной стороны картины. Зрителю, смотрящему на холст, должно было казаться, что он видит не лицевую сторону, а реверс^[11]. Гисбрехтс не скупился на убедительные подробности: неровности и трещинки в древесине, написанный на бумажке и приклеенный красной сургучной печатью инвентарный номер, случайные мазки краски, попавшие на оборотную сторону, когда якобы красили раму несуществующей картины, края холста, удерживаемые крошечными гвоздиками, и т. д.^[12][9].

Эта работа, созданная около 1670 года, была приобретена Фредериком III для Королевской кунсткамеры. Она должна была не висеть, а стоять прислонённой к стене, чтобы посетителям захотелось перевернуть её^[13]. В этом же году король скончался, и на престол взошёл его сын Кристиан. Вкусы последнего были не столь утончёнными, как у его отца: он увлекался преимущественно охотой. Поэтому для него Гисбрехтс создал серию обманок, изображавших охотничье снаряжение и мёртвую дичь. По всей видимости, они предназначались для королевской резиденции, Розенборгского замка, где должны были висеть под определённым углом при тусклом освещении, дабы вводить в заблуждение ни о чём не подозревающих гостей^[13].

Элементы обманки Гисбрехтс добавлял и в натюрморты-ванитас. Так, в известной работе 1668 года он нарисовал отклеившийся от подрамника и отогнувшийся угол холста. Это означало, что даже искусство, способное, казалось бы, остановить время, на самом деле хрупко, уязвимо и не вечно^[8].

Некоторые исследователи считают Гисбрехтса родоначальником жанра фигур-обманок. Под влиянием мастера находился французский художник Жан-Франсуа де Ле Мотт.