Вудс, Даррен

Высшее образование получил в Техасском университете A&M, где в 1987 году окончил обучение по специальности «электротехника» со степенью бакалавра инженерных наук^[2], а позднее — степень MBA в Школе менеджмента Келлогга Северо-Западного университета^[3].

Вудс начал карьеру в 1992 году на должности аналитика по планированию в «Exxon Company International» — на тот момент единой корпорации «ExxonMobil» ещё не существовало: слияние «Exxon» и «Mobil» завершилось лишь в 1999 году. По собственным словам Вудса, за время работы в компании он сменил 19 должностей и совершил 11 международных переездов^[2], в том числе:

• 1992 — аналитик по планированию, «Exxon Company International»;
• 2005 — вице-президент «ExxonMobil Chemical Company» в Хьюстоне;
• 2008 — глава нефтепереработки компании в регионе Европа — Африка — Ближний Восток с базой в Брюсселе;
• 2010 — вице-президент по снабжению и транспортировке с базой в Фэрфаксе, штат Виргиния;
• 2012 — президент «ExxonMobil Refining and Supply Company» и вице-президент корпорации;
• 2014 — старший вице-президент корпорации;
• с 1 января 2016 — президент корпорации и член совета директоров, официальный преемник действующего главного исполнительного директора^[3].

Вудс рассчитывал получить пост главного исполнительного директора в марте 2017 года, когда Тиллерсону предстояло достичь обязательного пенсионного возраста в 65 лет. Переход власти произошёл раньше: 14 декабря 2016 года совет директоров объявил, что Тиллерсон уходит в отставку досрочно в связи с выдвижением на пост государственного секретаря США, ускорив передачу полномочий ввиду процедуры утверждения его кандидатуры. Вудс возглавил «ExxonMobil» в качестве председателя совета директоров и главного исполнительного директора с 1 января 2017 года^[3][4].

Приняв компанию на фоне резкого падения показателей — прибыль упала с 16,15 млрд долларов в 2015 году до 7,84 млрд по итогам 2016-го (на 51 %), — Вудс сократил ежегодные капитальные вложения с 31,1 млрд долларов в 2015 году до 19,3 млрд в 2016-м^[5][6].

Ключевым направлением стратегии Вудса стала разработка сланцевых месторождений — прежде всего Пермского бассейна в западном Техасе и юго-восточном Нью-Мексико, а также Баккеновской свиты в Северной Дакоте^[6]. 17 января 2017 года Вудс объявил о приобретении у семьи Басс из Форт-Уэрта около 275 000 акров земли в Пермском бассейне за 5,6 млрд долларов в акциях с возможной доплатой до 1 млрд долларов. По оценке компании, сделка добавляла 3,4 млрд баррелей нефтяного эквивалента ресурсов, увеличивая совокупный ресурс «ExxonMobil» в Пермском бассейне до 6 млрд баррелей^[7]; комментируя сделку, Вудс заявил: «Это приобретение укрепляет заметное присутствие ExxonMobil в главном регионе роста нефтедобычи на суше в США»^[7]. Заявленные компанией целевые показатели добычи на этих активах достигнуты не были: план в 600 000 баррелей в сутки к 2025 году был впоследствии повышен до 1 млн баррелей в сутки к концу 2024 года, тогда как в начале 2021 года добыча составляла 418 000 баррелей в сутки^[8].

Падение спроса на энергоносители и обвал цен на нефть в период пандемии COVID-19 вынудили «ExxonMobil» существенно урезать расходы, включая капитальные вложения. По итогам 2020 года компания зафиксировала чистый убыток в 22,4 млрд долларов — первый годовой убыток с момента слияния «Exxon» и «Mobil» в 1999 году, вызванный преимущественно списаниями низкорентабельных активов на фоне падения выручки на 32 %. Чистый долг компании вырос до 62 млрд долларов (с 12 млрд десятилетием ранее), а дивидендные выплаты в 14,8 млрд долларов в год сохранялись, несмотря на недостаточный операционный денежный поток — это вызвало давление со стороны хедж-фонда D. E. Shaw (требовавшего сократить капвложения и операционные издержки) и активистского фонда Engine No. 1, выдвинувшего четырёх кандидатов в совет директоров. Компания объявила о сокращении около 14 000 рабочих мест по всему миру^[8].

В ответ Вудс создал новое бизнес-подразделение «Low Carbon Solutions» (улавливание углерода, водород, биотопливо)^[8]. В июле 2023 года «ExxonMobil» объявила о приобретении «Denbury Inc.» за 4,9 млрд долларов акциями — сделка дала компании крупнейшую в США сеть трубопроводов для CO2 (1300 миль) и десять площадок для его подземного хранения^[9]. В ноябре того же года компания объявила о начале добычи лития на арендованных 120 000 акрах формации Смэковер в Арканзасе с использованием технологии прямого извлечения, рассчитывая поставлять батарейный литий под брендом Mobil Lithium для электромобилей начиная с 2027 года^[10].

На годовом собрании акционеров в мае—июне 2021 года активистский фонд Engine No. 1, владевший около 0,02 % акций «ExxonMobil» и добивавшийся от компании более решительных климатических обязательств, провёл трёх из четырёх выдвинутых им кандидатов в совет директоров — вопреки рекомендации совета, который возглавлял Вудс^[11]. Победу оппозиционным кандидатам обеспечила поддержка крупнейших управляющих активами — Vanguard, BlackRock и State Street, поддержавших не менее двух кандидатов Engine No. 1, при том что сам фонд потратил на кампанию около 30 млн долларов; итоги голосования называли первым случаем, когда вопросы ESG определили состав совета директоров крупной компании^[12]. Комментируя итоги, Вудс заявил, что совет директоров намерен «продолжать работать в интересах всех акционеров»^[11].

28 октября 2021 года Вудс вместе с руководителями ещё трёх крупнейших нефтяных компаний впервые под присягой давал показания перед Комитетом Палаты представителей США по надзору и правительственной реформе — в рамках расследования конгрессменов-демократов о предполагаемой многолетней кампании нефтяной отрасли по дезинформации относительно роли ископаемого топлива в изменении климата. Вудс заявил, что «ExxonMobil» «давно признаёт реальность и риски изменения климата», а публичные заявления компании о климате «были и остаются правдивыми». Организаторы слушаний утверждали, что отрасль знала о климатических рисках ещё с 1977 года, но «десятилетиями сеяла отрицание и сомнения», сравнивая её тактику с методами табачной индустрии. Дополнительным поводом для слушаний послужило обнародованное незадолго до этого видео, на котором бывший лоббист «ExxonMobil» Кит Маккой признавал, что компания противодействовала климатической науке через подставные группы; Вудс публично осудил эти высказывания. Как и остальные руководители нефтяных компаний, он отказался пообещать, что компания не будет тратить средства на противодействие мерам по сокращению выбросов парниковых газов^[13].

31 января 2022 года Вудс объявил о переносе штаб-квартиры корпорации из Ирвинга в новый кампус в Спринге (округ Харрис), объяснив решение объединением химического и нефтеперерабатывающего бизнесов^[14]; переезд завершился к середине 2023 года. 27 мая 2026 года акционеры одобрили редомициляцию корпорации из штата Нью-Джерси в штат Техас по рекомендации совета директоров, который возглавлял Вудс, — исходя из сопоставимых прав акционеров и большей предсказуемости техасского корпоративного права. Редомициляция вступила в силу 1 июля 2026 года: корпорация слилась с техасской «Ensign LLC» на основании соглашения о слиянии от 8 апреля 2026 года, а её акции были в пропорции один к одному обменены на акции нового публичного правопреемника — техасской «ExxonMobil Holdings Corporation», продолжившей торговаться на Нью-Йоркской фондовой бирже под тем же тикером XOM^[15].

По итогам 2022 года «ExxonMobil» отчиталась о прибыли порядка 55,7 млрд долларов — рекордной как для самой компании, превысив прежний максимум 2008 года, так и для всей западной нефтяной отрасли; в том году корпорация вошла в тройку самых прибыльных компаний США, уступив только «Apple» и «Microsoft». Вудс связывал результаты с восстановлением деловой активности после пандемии и ростом цен на энергоносители в 2022 году, но и с собственной стратегией компании: «Мы наращивали инвестиции, когда другие их сокращали». Он отверг предложения ввести налог на сверхприбыль нефтяных компаний как незаконные^[16].

11 октября 2023 года «ExxonMobil» объявила о слиянии с «Pioneer Natural Resources» — крупнейшем приобретении в истории компании: полностью оплаченная акциями сделка оценивалась в 59,5 млрд долларов (253 доллара за акцию Pioneer, премия 18 % к цене закрытия; с учётом чистого долга Pioneer — около 64,5 млрд). Объединение земель двух компаний в Пермском бассейне (совокупный ресурс — около 16 млрд баррелей нефтяного эквивалента) должно было более чем вдвое увеличить суммарную добычу к 2027 году. Комментируя сделку, Вудс назвал Pioneer лидером в Пермском бассейне и заявил, что объединение компаний создаст стоимость, недостижимую для каждой по отдельности; он также заявил, что объединение компаний позволит ускорить достижение Pioneer чистых нулевых выбросов — с ранее заявленного 2050 года до 2035-го^[17]. Сделка была закрыта 3 мая 2024 года^[18].

Одобрение сделки Федеральной торговой комиссией США (FTC) сопровождалось условием бессрочно отстранить основателя и бывшего главного исполнительного директора Pioneer Скотта Шеффилда от совета директоров объединённой компании — в связи с изложенными в жалобе FTC утверждениями о попытках согласовать объёмы добычи нефти с ОПЕК+. В июле 2025 года, при новом председателе FTC, комиссия отменила это условие, признав, что исходная жалоба «не содержала описания нарушения антимонопольного законодательства»^[19].

22 января 2024 года «ExxonMobil» подала иск против активистских инвесторов «Arjuna Capital» и «Follow This», добиваясь исключения их предложения об ускоренном сокращении выбросов Scope 3 из повестки годового собрания; по оценке отраслевого издания ESG Dive, случай не имел прецедентов среди крупных американских корпораций^[20]. Хотя инвесторы вскоре отозвали предложение, суд прекратил дело в июне 2024 года как утратившее предмет спора^[21]. Вудс объяснял иск не борьбой с климатической повесткой, а злоупотреблением процедурой: по его словам, «Arjuna Capital» и «Follow This» из года в год вносили одно и то же предложение, получавшее поддержку незначительного меньшинства акционеров^[22]. Иск вызвал кампанию институциональных инвесторов, призвавших голосовать против переизбрания Вудса и ведущего независимого директора Джозефа Хули; оба были переизбраны 29 мая 2024 года^[23].

После того как в октябре 2023 года Chevron объявила о покупке Hess Corporation за 53 млрд долларов, «ExxonMobil» — оператор офшорного блока Stabroek у берегов Гайаны, где Hess принадлежит 30-процентная доля, — заявила о своём преимущественном праве на выкуп этой доли и оспорила сделку в Международной торговой палате (ICC)^[24]. Разбирательство почти на два года заблокировало закрытие сделки Chevron с Hess. 18 июля 2025 года арбитраж вынес решение в пользу Chevron, отклонив претензии ExxonMobil; компания заявила о несогласии с трактовкой арбитров, но признала итог разбирательства^[24].

Под руководством Вудса «ExxonMobil» по итогам 2025 финансового года заняла 9-е место в рейтинге Fortune 500 крупнейших компаний США^[25] и 15-е место в мировом рейтинге Fortune Global 500^[26].

С первых лет на посту главного исполнительного директора Вудс поддерживал введение налога на выбросы углерода, одновременно выступая против полного отказа от ископаемого топлива и подчёркивая его роль в повышении уровня жизни в развивающихся странах; экологические организации отмечали, что его риторика в этом вопросе продолжала линию Тиллерсона^[6]. В декабре 2023 года Вудс стал первым главой ExxonMobil, посетившим климатический саммит ООН — COP28 в Дубае^[27], — где заявил, что сосредоточиться участникам следует на сокращении выбросов, а не на полном отказе от ископаемого топлива^[28]. В октябре 2025 года Вудс в интервью Reuters назвал директиву Евросоюза о корпоративной устойчивости и должной осмотрительности (CSDDD) «сокрушающей» (англ. bone-crushing), предупредив, что штрафы за нарушения — от 5 % глобальной выручки — могут вынудить компанию сократить инвестиции в Европе^[29].

В 2022 году «ExxonMobil» объявила о прекращении операций в России, включая совместный с «Роснефтью» проект «Сахалин-1», а осенью того же года, после смены оператора проекта, утратила свою 30-процентную долю в нём^[30]. В сентябре 2025 года Вудс заявил, что «ExxonMobil» не планирует возобновлять инвестиции в стране, а ведущиеся переговоры касаются урегулирования вопроса о стоимости утраченного актива^[31].