Воскресение (опера, 1987)

Главный герой, ребёнок, подвергается давлению со стороны родителей и авторитетных фигур, которые пытаются навязать ему свои ценности. Кошка комментирует происходящее, меняя маски. В конце пролога голова героя взрывается.

Герой оказывается на больничной койке. Хирурги в маскировках различных авторитетных лиц заявляют о своей способности подчинять себе людей. В ходе действий, прерываемых видеовставками, героя лишают глаза, наносят удар по лицу и в висок.

Появляются мифологические фигуры, которые вступают в конфликт. Одна из них погибает, другая уничтожается, после чего третья пропагандирует определённую политическую линию. Затем следуют сцены бытовых конфликтов. Пациент подвергается дальнейшим манипуляциям, после чего его объявляют спасённым. В сновидении пациент видит танцоров.

Следуют сцены наблюдения и задержания в общественных местах. Хирурги выражают удовлетворение своей работой.

Пациент воскресает, увеличивается в размерах и демонстрирует полученные повреждения. Он призывает к поклонению новому порядку и исключению несогласных. Появляется фигура, объявляющая себя лишь рекламой, после чего её голова превращается в череп. Сцена погружается в апокалиптический свет.

Дэвид Найс в своих примечаниях на maxopus.com указал на «насильственное многообразие её музыкальных и вербальных стилей». Оперой можно наслаждаться, только если позволить ей «ошеломить и ослепить» себя. Музыкальный критик Ульрих Шрайбер назвал «Воскресение» «почти жестокой балладой об убийстве с намеренно режущей безвкусицей: пронзительный протест против господствующей безвкусицы современности»^[1].

Опера постоянно содержит аллюзии на библейское Откровение Иоанна Богослова в изображении Альбрехта Дюрера в его 16 гравюрах на дереве 1498 года, на что сам Дэвис указал в своём предисловии. Он также признал — возможно, бессознательное — влияние «Семи смертных грехов» Курта Вайля и Бертольта Брехта, где мать семейства исполняет бас — здесь это контратенор.

Музыку поп-группы Дэвис задал только в виде эскиза, так что соответствующие исполнители могут осуществлять фактическое оформление по своему усмотрению.

Четыре хирурга в своей первой сцене переодевания в начале основного акта сопровождаются различными группами инструментов. У белого аббата это банджо и труба, у пастора — низкие струнные и фисгармония, у бизнесмена — басовая флейта и струнные, играющие со страстным вибрато, а у товарища Сербского — военный барабан и медные духовые.

Маршевый оркестр при появлении странствующего проповедника пародирует музыку викторианского церковного музыканта Джона Стейнера. Кроме того, произведение пронизано четырьмя григорианскими песнопениями, которые постоянно появляются в стратегических местах. Это Laetentur Caeli, рождественский гимн Puer Natus, Herodes iratus occidit (избиение младенцев Иродом) и пасхальный гимн Victimae Paschali.^[2]

Дэвис задумал произведение ещё в 1963 году во время учёбы в Принстонском университете как продолжение своей оперы «Тавернер» — которая к тому времени, однако, ещё не была завершена. Отправной точкой послужило его обращение к «коммерциализму». Однако он завершил оперу лишь двадцать лет спустя. В последующие годы он, очевидно, предпринимал несколько попыток закончить произведение. Последний толчок в 1980-х годах дало его наблюдение за негативным влиянием «тэтчеризма» на британское общество и культуру. Несмотря на длительный период времени и изменение его стиля в промежутке, он сохранил основные идеи своей первоначальной концепции. Речь идёт о расширении философских и теологических идей его «Тавернера», но теперь уже не в контексте английской Реформации, а современных тем^[3].

Премьера произведения состоялась 18 сентября 1987 года в Дармштадтском государственном театре под управлением Ханса Древанца. Режиссёром выступил Петер Бреннер, сценография — Вальтрауд Энгельберт.

В концертном исполнении произведение было представлено в 1994 году в Манчестере. Кроме того, в 1997 году состоялась постановка Muziektheater Transparent Antwerpen и Венской карманной оперы, которая также была показана на гастролях в Глазго. В 2001 году она была представлена на Будапештском поп-фестивале^[1].