Ван Эйк, Ян

Остается неясным вопрос о месте рождения Яна ван Эйка. Считается, что фамилия «Ван Эйк» относится к бельгийскому городу Маасейк. Принято считать, что этот город действительно был местом рождения Яна ван Эйка и его загадочного брата Хуберта ван Эйка. Гипотеза подкрепляется некоторыми второстепенными доводами которые, тем не менее, придают ей большую убедительность. К ним относятся исследования «диалекта» Яна ван Эйка. Они основаны на двух источниках: на (предположительно самописных) указаниях на «Дрезденском триптихе» и к «Портрету кардинала Никколо Альбергати», а также на девизе «Als ich can», который встречается во многих оригинальных списках сохранившихся работ Яна. Эти исследования в одностороннем порядке указывают на мидсландский диалект . Второй элемент — тот факт, что дочь Яна Ливина в 1448 году поступила в монастырь Агнетен в Маасейке. Это позволяет предположить, что связи между семьей ван Эйков и их родным регионом были живы и прочны даже после смерти художника^[8].

В течение некоторого времени муниципалитет Кемпен в старом герцогстве Брабант рассматривался как альтернативное место рождения Яна ван Эйка. Бельгийский историк Элизабет Даненс указала на отцовский герб ван Эйка, который часто встречается в брабантских семьях. Материнский герб также распространен в семьях герцогства Маасланд. Возможно, дед или отец ван Эйка был родом из Брабанта, женился на женщине из Маасланда и поселился в Маасейке^[8].

Споры ведутся и о дате рождения Яна ван Эйка. Достоверных источников не известно, поэтому определение даты зависит от интерпретации хорошо задокументированных событий жизни Яна ван Эйка. Карел ван Мандер в своей книге, датированной 1604 годом, пишет, что Хуберт ван Эйк родился около 1366 года, а его брат Ян был значительно моложе. Лукас де Хере и Маркус ван Ваерневейк в XVI веке утверждали, что Ян ван Эйк умер молодым. Это не соответствует общепринятой сегодня историками искусства дате рождения около 1390 года, которая основывается на документально подтвержденных элементах творческого пути Яна, его стилистической эволюции и её связи с общей исторической эволюцией искусства^[9].

У Яна и Хуберта ван Эйков были и другие родственники-живописцы: сестра Маргарета и брат Ламберт (1431—1442). В 1432 или 1433 году Ян женился на «дамуазель Маргарите». Он увековечил её в «Портрете Маргариты ван Эйк» (1439 год), в подписи к которому указал её возраст — 33 года. У них было двое детей: сын Филипп (около 1434) и дочь Ливина. Сын, предположительно, был назван в честь своего крестного отца, Филиппа Доброго. После смерти придворного художника герцог выплатил его вдове ещё одно пособие, а в 1449 году оплатил поступление его дочери Ливины ван дер Экке в монастырь Агнетен в Маасейке^[4].

Вероятно, вдохновленные так называемым «четверостишием» (текстом, написанном на раме «Гентского алтарая», де Хеер и ван Ваерневейк предположили, что Ян обучался у своего старшего брата Хуберта. Это утверждение было принято большинством других авторов, однако данное утверждение не может быть ни подтверждено, ни опровергнуто, поскольку почти все исторические сведения о Хуберте ван Эйке отсутствуют или трудно интерпретируемы^[8].

Самые ранние документы, связанные с Яном ван Эйком, свидетельствуют о том, что в 1422 году он был уважаемым художником. Он назван «мастером» и работает вместе с помощником на службе у Яна ван Бейерена, графа Голландии, в Гааге. При дворе в Гааге Ян был назначен официальным придворным художником. В 1423 году у него появился второй помощник, и он получал фиксированное жалованье вплоть до смерти графа в январе 1425 года^[8].

Ранние произведения нидерландского периода известны лишь косвенно, по рисункам и копиям.

Горячие споры вызывают миниатюры в знаменитом и частично утраченном «Турино-Миланском часослове»^[10]. В нём содержатся миниатюры, явно относящиеся к событиям происходящим при дворе графов Голландии, а также указывающие на более поздний стиль Яна ван Эйка. Среди них есть работы, свидетельствующие о том, с каким мастерством ван Эйку удавалось изображать пейзажи, интерьеры и атмосферные эффекты. Однако современные исследователи обнаружили, что миниатюры выполнены разными «руками» и, вероятно, датируются 1440-ми годами (то есть уже после смерти Яна ван Эйка). Сегодня принято считать, что брюггские подражатели Яна ван Эйка копировали работы, созданные самим Яном ван Эйком в его голландский период^[8].

После смерти Иоанна Баварского Ян ван Эйк переехал в Брюгге. 19 мая 1425 года он был записан как придворный художник и камергер герцога Филиппа Доброго. Судя по записям, Ян, видимо, пользовался особой благосклонностью этого бургундского монарха. Это свидетельствует об особом привилегированном статусе Яна ван Эйка, что было весьма необычно для художника того времени^[4].

Какие именно работы создавал Ян ван Эйк в этот период, до конца не ясно. Ни одно произведение этого периода не сохранилось в оригинале, и можно лишь предположить, что две копии Голгофы (из «Турино-Миланского часослова») отражают утраченное произведение Яна ван Эйка этого времени.

Причиной снижения активности Яна ван Эйка в этот период может быть то, что ему регулярно приходилось отправляться в дальние путешествия по приказу Филиппа Доброго. Судя по записям, Яну выплачивались крупные суммы за совершение путешествий, при этом обычно не уточняется, для чего и куда они велись. Ян совершил паломничество по приказу герцога, и иногда предполагается, что оно привело его в Святую землю. Яну также платили за совершение «тайных» путешествий. Возможно, это были дипломатические миссии, где в обязанности Яна входило делать по пути чертежи и заметки, которые могли пригодиться герцогу в будущих военных кампаниях. Следует помнить, что Европа в то время была неизведанной^[4].

С 1431 года ван Эйк окончательно поселился в Брюгге. В 1432 году он поселился в знатном доме на улице Ньювестраат. Он писал картины для итальянских купцов, представителей высшего духовенства и знати. Для городского совета он создал статуи, установленные на фасаде ратуши. Он также оставался в кругу бургундского герцога и продолжал выполнять заказы для него и для двора. Но доверие, которым он пользовался, имело и обратную сторону: когда между Филиппом Добрым и горожанами Брюгге возникли разногласия, переросшие в настоящее восстание в 1436—1438 годах, как и многие другие, поддержавшие герцога, ван Эйк бежал. Только к концу 1438 году, когда наступил мир, он вернулся в Брюгге^[4][11].

Под конец жизни, 26 марта 1441 году, он и его жена Маргарет попросили у папы римского большую исповедальную грамоту. Такие просьбы стоили дорого и выполнялись только представителями высших сословий. Это свидетельствует о том, что ван Эйк чувствовал себя в высших кругах как дома и ради более высокого статуса оставил художественное творчество как ремесло. Поэтому его просьба была удовлетворена, несомненно, благодаря заступничеству кардинала Альбергати^[4].

Эта просьба свидетельствует о том, что ван Эйк чувствовал приближение своей смерти. Он умер через несколько месяцев и был похоронен на кладбище престижном оборе Святого Донатиана. Плата за похороны и звон колоколов была зарегистрирована 23 июня (9 июля)^[11].

Смерть Христа на кресте. Обычно ноги приговорённых ломали для ускорения их смерти. Согласно Евангелию от Иоанна, когда солдаты пришли, чтобы сломать Иисусу ноги, они нашли его уже мёртвым. Солдат проколол его бок копьём, кровь и вода полились из раны

Ван Эйк известен своими картинными алтарями и поместными алтарями, изображающими религиозные сцены, которые были популярны во времена Средневековья. Он мастерски передавал духовность и мистический аспект религиозных сюжетов, создавая иллюзию глубины и раскрытия священного таинства. Другой важной составляющей творчества художника являлись пейзажи и портреты. Ван Эйк был одним из первых художников своего времени, которые уделяли особое внимание изображению пейзажей. Он рисовал реалистичные и детализированные виды природы, включая горы, реки и леса. Его умение передать свет, тени и атмосферу окружающего мира было замечательным^[10][6].

Одним из самых выдающихся достижений ван Эйка было его умение создавать портреты с удивительной реалистичностью. Он внимательно передавал детали лица, выразительность глаз и показывал особенности внешности каждого человека. В его портретах видно тщательное наблюдение и гармоничное объединение реализма и идеализма^[10].

В честь Ван Эйка назван кратер на Меркурии и астероид (9561) ван Эйк, открытый 19 августа 1987 года.

Ван Эйк изображён на бельгийской почтовой марке 1944 года.

• Егорова К. С. Ян ван Эйк. М., 1965;
• Никулин Н. Н. Ян ван Эйк [Альбом]. Л., 1967.
• Хёйзинга Й. Осень Средневековья / Пер. Д. В. Сильвестрова. Под ред. С. С. Аверинцева. — М.: Наука, 1988. — 544 с.: ил. — (Памятники исторической мысли). — ISBN 5-02-008934-6.
• Friedländer М. J., Die aitniederländische Malerei, Bd 1, B., 1924;
• Baldass L., Jan van Eyck, L., 1952;
• Panofsky E., Early Netherlandish painting. Its origins and character, v. 1—2, Camb. (Mass.), 1953.
• Сарабьянов А. Д. Ян ван Эйк: [Альбом]. — М.: Изобразительное искусство, 1990. — 63 с. — 100 000 экз. — ISBN 5-85200-151-1.