Азора, дочь Монтесумы

Действие происходит во время завоевания ацтеков Кортесом. Тласкаланский принц Шалька и генерал армии Монтесумы Раматцин борются за руку дочери Монтесумы Азоры; поскольку первый одерживает верх, Монтесума приговаривает влюблённых к смерти. В сцене, происходящей на рассвете в пещере, все собираются у жертвенного камня, но прежде чем казнь успевает состояться, появляются Кортес и его священники, и влюблённых освобождают.

• Испанский священник
• Азора, дочь Монтесумы (сопрано)
• Канек, верховный жрец Солнца (бас)
• Эрнандо Кортес, завоеватель Мексики
• Монтесума II, император Мексики (бас)
• Раматцин, генерал армии Монтесумы (баритон)
• Папанцин, сестра Монтесумы (контральто)
• Пики-Чаки (Быстроногий), гонец
• Шалька, тласкаланский принц (тенор)

Чикагская оперная ассоциация представила мировую премьеру произведения в Чикаго, штат Иллинойс, 26 декабря 1917 года, и вскоре после этого исполнила её в Чикаго ещё раз.

В качестве единственного представления во время гастролей, которые открылись нью-йоркской премьерой оперы Масканьи «Изабо», чикагская труппа представила нью-йоркскую премьеру «Азоры» 26 января 1918 года в Лексингтонском оперном театре. Композитор дирижировал, а в актёрский состав вошли Анна Фитциу в роли Азоры, Форрест Ламонт в роли Шальки, Сирена ван Гордон в роли Папанцин, Артур Миддлтон в роли Раматцина, Фрэнк Прайш в роли Канека и Джеймс Годдард в роли Монтесумы. Хотя все члены актёрского состава рекламировались как молодые американские певцы, Ламонт, который, по общему признанию, сначала обучался и сделал большую часть своей карьеры в Соединённых Штатах, на самом деле был канадского происхождения. В том же сезоне состоялись дальнейшие представления в Бостоне и Сент-Луисе, штат Миссури.

The New York Times в основном хвалила «свежие, молодые, сильные голоса» актёрского состава; только Годдард был «не в голосе», и даже он получил высокие оценки за своё драматическое представление. Оценка самой работы газетой, однако, хотя в целом и благоприятная, не была однозначной: «…[Х]отя опере несколько не хватает театральной рутины, и ещё больше драматической ноты, она тем не менее избегает быть либо просто учёной музыкой, либо неисполнимой». Times особо отметила «прекрасный варварский танец в первом акте», арию героини «Now Fades the Opal Sky» во 2-м акте и некоторые ансамбли, но предположила, что более чем один сегмент партитуры несколько затянулся. Газета также раскритиковала произведение за то, что казнь происходит в пещере: «Опера должна была закончиться на открытом воздухе, поскольку ацтеки поклонялись на плато, на пирамиде Чолулы, например, а не в пещерах». Тем не менее, она сочла обстановку достаточно атмосферной для целей драмы.

После представления и Хэдли, и Стивенс вышли на поклоны. Фитциу подарила Хэдли большой шёлковый американский флаг, и «представительная аудитория нью-йоркских музыкантов и светских людей» присоединилась к пению, когда оркестр заиграл «Знамя, усыпанное звёздами».