Элеонора Кастильская (ум. ок. 1413)

Элеонора являлась незаконнорожденной дочерью короля Энрике II Кастильского и Элеоноры Альварес, а по отцовской линии — внучкой короля Альфонсо XI Кастильского и его любовницы Леонор де Гусман. Однако о родословной её матери, Элеоноры Альварес, ничего не известно.

Она также была сестрой Фернандо Кастильского, который женился на Элеоноре Сармьенто, и сводной сестрой по отцовской линии, в частности, короля Хуана I Кастильского, королевы Элеоноры Кастильской, которая была королевой-консортом Наварры и была в браке с королём Карлом III, и Энрике Кастильского, который был герцогом Медина-Сидония и графом Кабра^[2].

Дата её рождения неизвестна. Журналист и историк Хосе Мария Куадрадо в IX томе своей книги «Recuerdos y bellezas de España» пишет, не ссылаясь ни на какой источник, что, согласно традиции, Энрике II, сомневавшийся в том, что Элеонора — его дочь, бросил её львам, и история гласит, что дикие звери не напали на неё, и это доказало королю невиновность её матери^[3]. А согласно другому источнику, Элеонора была известна как la de los Leones (исп. león — лев), и Энрике II пожаловал ей и её матери многочисленные поместья, включая владения Дуэньяс, которые, как записано, были подарены королём Элеоноре Альварес в 1367 году^[4].

В одном из отрывков Хроники короля Дона Педро, как отмечает специалист по генеалогии и историк Хайме де Саласар-и-Ача, говорится, что Элеонора была взята в плен Педро I Кастильским, сводным братом Энрике II, когда тот бежал в Галисию, чтобы найти себе сторонников, и что тот удерживал её некоторое время у себя^[1]. Но вышеупомянутый текст также указывает, что Элеонора была захвачена в то время Альваро Пересом де Кастро и графом Барселоса Хуаном Альфонсо Тельо, которые были посланы королём Португалии Педру I, чтобы доставить кастильского монарха в безопасное место в Галисии, и что эти два дворянина доставили Элеонору к португальскому монарху^[5]:

И взяли они сеньору Элеонору, дочь короля дона Энрике, которую держал в плену король дон Педро, которая уже некоторое время находилась у него, и привели её к королю Португалии.

Согласно некоторым авторам, её мать умерла в Вальядолиде в 1369 году, в год восшествия Энрике II на престол^[2]. Другие современные историки, основываясь на иных записях, утверждают, что она, вероятно, умерла в 1407 году, а Хосе Мария Куадрадо отмечает, что в её память были проведены торжественные похороны в монастыре Сан-Франциско де Вальядолид, где были похоронены и она, и её дочь Элеонора^[4].

В завещании, составленном королём Энрике II в 1374 году, он завещал своей любовнице Элеоноре Альварес 10 000 мараведи в год в течение всей её жизни, а своей дочери Элеоноре, которая была обручена с Альфонсо Арагонским Младшим, герцогом Гандии, он завещал 20 000 золотых добл на случай, если брак не состоится^[2][6].

Однако в итоге брак Элеоноры Кастильской с Альфонсо Арагонским мл., который после смерти отца должен был стать герцогом Гандии и графом Рибагорсы, не состоялся^[2]. В другом пункте своего завещания король Энрике II распорядился, что если Элеонора или любая из её сводных сестёр выйдет замуж без согласия королевы Хуаны Мануэль де Вильена или инфанта Хуана Кастильского, сына Энрике II и наследника престола, то все наследство, которые отец оставил им в своём завещании, будут недействительными^[6].

Элеонора унаследовала город Дуэньяс, хотя некоторые историки утверждают, что её права на него длились недолго, так как в 1397 году Хуан I Кастильский заложил город вместе с его уголовной юрисдикцией своей сводной сестре Элеоноре за сумму в 9500 фунтов, которую он ей задолжал, и которая позже была выплачена советом города Дуэньяс в 1399 году^[4]. А двумя годами ранее, в 1397 году, король Кастилии Энрике III, который приходился Элеоноре племянником, в порядке привилегии распорядился, чтобы город Дуэньяс никогда не отделялся от вотчины короны, и его сын Хуан II сделал то же самое в 1407, 1412 и 1419 годах, хотя в 1439 году город стал собственностью Педро Васкеса де Акуньи, который позже стал графом Буэндии^[4].

6 июня 1409 года, как записано в документе, предоставленном в этот день Элеонорй Кастильской, она признала, что незаконно присвоила себе различное имущество, принадлежавшее её покойной сестре Беатрисе Кастильской, которая была замужем за Хуаном Алонсо Пересом де Гусманом, графом Ньеблы и сеньором Санлукар-де-Баррамеда^[7]. И как записано в этой декларации, имущество, которые Элеонора присвоила себе, состояло из серебра, драгоценностей и других предметов, и чтобы возместить своим племянникам, которые были детьми её сводной сестры Беатрисы, то, что она у них забрала, она отдала им Торре-Альва и Паломарес^[7].

Элеонора Кастильская составила завещание 1 июля 1412 года в городе Севилья, и среди многих распоряжений объявила монахинь монастыря Санта-Клара-де-Вальядолид наследницами всего своего имущества, которым завещала свою недвижимость, поместья, оливковые рощи и вассалов, хотя и при условии, что монахини-клариссинки не могут продать это имущество или распорядиться им без прямого согласия опекуна и совета монастыря Сан-Франциско-де-Вальядолид. А монахам монастыря, в котором Элеонора пожелала быть похороненной рядом со своей матерью, она завещала две трети денег, оставшихся после исполнения всех её завещаний и распоряжений, чтобы на них в её монастыре содержались две капеллы и горела лампада у Пресвятого Таинства. Однако, когда вальядолидские францисканцы исполнили завещание, все ренты и имущество, которые Элеонора Кастильская передала им по своему завещанию, были в свою очередь переданы ими в 1440 году, по прямому указанию папы Евгения IV, монахиням монастыря Санта-Клара в Вальядолиде.

Элеонора также назначила трёх своих душеприказчиков опекунами монастыря Сан-Франциско де Вальядолид, которые получили за это сумму в 1500 мараведи. В случае, если монахини монастыря Санта-Клара не будут должным образом следить за имуществом, которое она им завещала, францисканцы Вальядолида могли, с предварительного согласия «магистра провинции Кастилия, который находится на территории Паленсии», лишить их этого имущества^[8]. Кроме того, Элеонора распорядилась, чтобы определённая сумма денег, которую она оставила францисканцам Вальядолида, была использована для одежды «бедных монахов» монастыря^[9].

В своём завещании Элеонора также распорядилась построить в монастыре Сан-Франциско де Вальядолид часовню, которая, в связи с именем её основателя, будет известна как часовня Львов, и которая будет расположена рядом с главной часовней^[10]. И Элеонора просила, чтобы её тело было погребено вместе с останками её матери в упомянутой часовне, чтобы в последней была построена дверь, соединяющая её с церковью монастыря Сан-Франциско.

Элеонора также указала в своём завещании, что на её похоронах должны присутствовать все клирики капитула коллегиальной церкви Санта-Мария-ла-Майор в Вальядолиде, а также все священники Вальядолида и религиозные деятели этого города^[9].

По мнению историка Франсиско Хавьера Рохо Алике, Элеонора Кастильская умерла примерно в 1413 году, хотя некоторые авторы ошибочно утверждают, что она умерла в Гвадалахаре в 1375 году^[11][12].

Тело Элеоноры Кастильской было погребено, согласно её завещанию, в часовне Львов ныне исчезнувшего монастыря Сан-Франсиско де Вальядолид, где была похоронена и её мать, и останки обеих покоились в алебастровых усыпальницах, установленных перед алтарём часовни, хотя усыпальница Элеоноры Альварес была «на треть выше, чем усыпальница её дочери, которая доходила до новой двери, ведущей в церковь»^[11][12][a]. Кроме того, Элеонора в своём завещании распорядилась, чтобы рядом с её усыпальницей, которая, по мнению некоторых авторов, была украшена скульптурой льва на крышке, были похоронены три её служанки^[2]. Однако её останки и останки матери были позже извлечены из могил и помещены под большими шиферными плитами на полу той же часовни^[b].

Впоследствии часовня Львов стала собственностью монастыря Святого Франциска, который был выведен из эксплуатации и снесён в 1837 году, поэтому от останков обеих дам ничего не сохранилось^[13].