Хуфнагель, Йорис

Йорис Хуфнагель был сыном Якоба Хуфнагеля, торговца драгоценностями и предметами роскоши, и Элизабет Везелаер, дочери анверпенского монетного мастера Йориса Везелаера. По желанию отца он получил всестороннее гуманистическое образование, владел несколькими языками, писал стихи и играл на музыкальных инструментах. Сам Хуфнагель называл себя самоучкой, однако по свидетельству Керела ван Мандера первые уроки живописи получил у Ганса Бола, вероятно, в 1570—1576 годах, до окончательного отъезда из Антверпена. Документальных подтверждений ученичества у Бола нет, но именно он, по-видимому, познакомил Хуфнагеля с искусством миниатюры^[3].

В 1560—1562 годах Хуфнагель жил во Франции, где учился в университетах Буржа и Орлеана и, вероятно, сделал свои первые пейзажные зарисовки. В 1563 году из-за религиозных волнений был вынужден покинуть Францию и вернулся в Антверпен, а вскоре отправился в Испанию, где жил с 1563 по 1567 год, занимаясь семейным бизнесом. Он делал зарисовки различных мест Испании, особенно его поразил Севилья — главный колониальный порт страны, где можно было увидеть множество экзотических растений и животных. В 1567 году вернулся в Антверпен, но, возможно, посещал родной город и раньше по делам. В 1568 году побывал в Англии, где жил несколько месяцев и завёл знакомства с другими фламандскими купцами^[3]. В 1569 году вновь вернулся в Антверпен, а в 1571 году женился на Сюзанне ван Онхем, в 1573 году у них родился сын Якоб, также ставший художником^[4].

После разграбления Антверпена испанскими войсками в 1576 году, когда большая часть семейного состояния была утрачена, Хуфнагель покинул родной город. В 1577 году он вместе с другом, картографом Абрахамом Ортелием, отправился по Рейну через Франкфурт, Аугсбург и Мюнхен в Венецию и Рим. Друзья также посетили Неаполь и античные памятники Италии^[3].

В Аугсбурге меценат Ганс Фуггер и врач Адольф Окко рекомендовали его герцогу Баварии Альбрехту V, который по достоинству оценил миниатюры Хуфнагеля и предложил ему должность придворного художника. В Риме Хуфнагель был представлен кардиналу Александро Фарнезе, который также предлагал ему место придворного миниатюриста, но художник предпочёл баварский двор. В Мюнхене он прожил около восьми лет, работая при дворе герцогов Альбрехта V и Вильгельма V. Хуфнагель получил свободу творческого поиска и принимал заказы также от Фуггера и семьи Эсте из Феррары. В это время он работал и в Инсбруке при дворе Фердинанда II. Продолжал коллекционировать и торговать произведениями старых мастеров^[3].

Как кальвинист, Хуфнагель был вынужден покинуть Мюнхен в 1591 году, когда для всех придворных стало обязательным открытое исповедание католической веры. Он отказался и перешёл на службу к императору Рудольфу II, сначала поселившись во Франкфурте-на-Майне, где вращался в кругу фламандских гуманистов, купцов, художников и издателей. Особую роль в его дальнейших ботанических работах сыграла дружба с ботаником Каролусом Клузиусом. В 1594 году из-за преследований кальвинистов был вынужден покинуть Франкфурт и переехал в Вену, регулярно посещая Прагу. Его брат Даниэль жил в Вене, где вёл бизнес под покровительством двора. В это время Йорис Хуфнагель активно продвигал сына Якоба при дворе и часто работал с ним совместно. По Карелу ван Мандеру, он умер в Вене в 1600 году, однако документы, связанные с его братом и сыном, упоминают его и позднее^[3].

Хуфнагель был разносторонним художником, работал в жанрах пейзажа, эмблематики, миниатюры, гротеска, топографического рисунка, жанровой, мифологической и аллегорической живописи и графики. Часть его художественного наследия после смерти была завещана племяннику Константину Гюйгенсу, что оказало влияние на развитие голландского натюрморта и натурализма^[5].

Во время поездки в Англию Хуфнагель сделал зарисовки королевских дворцов, таких как Виндзорский замок и дворец Нонсуч, которые считаются одними из первых реалистических акварельных пейзажей Англии^[3].

Во время путешествий по Европе он создал множество пейзажей, которые впоследствии были использованы как модели для гравюр к Theatrum orbis terrarum Ортелия (1570) и Civitates orbis terrarum Брауна (Кёльн, 1572—1618). Civitates orbis terrarum — самый обширный атлас своего времени в шести томах. Хуфнагель работал над этим проектом всю жизнь, сам выполнил более 60 видов (Бавария, Италия, Богемия), а также привлекал других художников. Он оживлял гравюры маньеристскими фантазиями, необычными ракурсами и орнаментальными картушами. Благодаря точности изображения местности он предвосхитил реалистическую тенденцию в нидерландском пейзаже XVII века^[1].

В 1617 году его сын Якоб переработал эскизы отца для шестого тома Civitates, изданного в Кёльне в 1618 году. Том содержит однородную серию видов городов Центральной Европы (Австрия, Богемия, Моравия, Венгрия, Трансильвания), отличающихся точностью и вниманием к деталям ландшафта, дорог, городской среды^[6].

В Англии Хуфнагель создал цикл эмблематических рисунков Patientia (полное название: Traité de la Patience, Par Emblêmes Inventées et desinées par George Hoefnagel à Londres, L’an 1569), посвящённый теме терпения и страдания. Жанровый характер работы предвосхищал появление нидерландских книг-эмблем. Patientia также отражает влияние неостоицизма, популярного в кругу анверпенского издателя Кристофера Плантена^[3]. Рукопись датируется 1569 годом и хранится в муниципальной библиотеке Руана, Франция^[7].

Одна из эмблем — Patiente cornudo («терпеливый рогоносец») — изображает публичное наказание неверной жены и её обманутого мужа. Католическая церковь считала виновными в прелюбодеянии обоих супругов. Муж связан и носит на голове ветви, напоминающие оленьи рога, с привязанными колокольчиками; за ним следует жена с закрытым лицом, которая хлещет его связкой чеснока. Сцена сопровождается крикуном с трубой и розгой. Хуфнагель повторил эту сцену в Виде Севильи для Civitates orbis terrarium, добавив ещё одну фигуру — обнажённую по пояс женщину-проститутку. Присутствуют и насмешники, показывающие «рожки» пальцами^[8].

Хуфнагель был выдающимся миниатюристом, прославился работой над рукописями из собрания Габсбургов^[9].

Часослов Филиппа Клевского

Первые миниатюры Хуфнагеля встречаются в Часослове Филиппа Клевского (Королевская библиотека Бельгии, Брюссель): в конце 1570-х — начале 1580-х он добавил в поля рукописи XV века ряд миниатюр. Некоторые мотивы (например, разрезанный апельсин или мальтийский крест) повторяются в его поздних работах^[3].

Римский миссал

В 1581—1590 годах он иллюстрировал тридентский мисал (ныне — Национальная библиотека в Вене) по заказу эрцгерцога Фердинанда II^[9]. На 658 пергаментных листах Хуфнагель создал миниатюры с изображениями природы, гротескными бордюрами, играми, инструментами, животными. Иллюстрации несут эмблематический характер, связанный с религиозным текстом или заказчиком^[1].

Schriftmusterbuch

По заказу императора Рудольфа II Хуфнагель в 1591—1594 годах добавил миниатюры в рукопись Schriftmusterbuch (Kunsthistorisches Museum, Вена), созданную каллиграфом Георгом Боксхаем для Максимилиана II. Хуфнагель использовал акварель, белила, золото и серебро, иногда — серебряный штифт для подрисовки; добавил восемь листов полностью собственного исполнения^[10]. Художник изображал флору, фауну, мифологические сцены, портреты, виды городов и батальные сцены, прославляя императора как защитника католической веры^[1].

Mira calligraphiae monumenta

По заказу Рудольфа II Хуфнагель иллюстрировал Mira calligraphiae monumenta (ныне — Музей Гетти)^[11]. Работа начата около 1590 года, спустя более 15 лет после смерти каллиграфа Георга Боксхая^[12]. Хуфнагель добавил миниатюры растений, фруктов, цветов, небольших животных и насекомых, а также городских видов, демонстрируя богатство природы^[13]. Буквы алфавита он украшал фантастическими существами и масками. Художник стремился продемонстрировать превосходство изображения над словом, утверждая превосходство одной формы искусства над другой^[14]. Эта рукопись считается одним из последних выдающихся памятников европейской миниатюры, созданных в эпоху господства печатной книги^[12].

Миниатюры Хуфнагеля продолжают традиции фламандской миниатюры XV—XVI веков, в частности гентско-брюггской школы. Это проявляется в тщательной прорисовке, использовании эффектов тромплей (отбрасываемые тени, предметы, «продетые» сквозь страницы), а также в натуралистичности содержания^[15]. Художник демонстрировал виртуозность в изображении сложных объектов: разрезанного яблока, раскрытого стручка фасоли, насекомых и рептилий с переливчатой кожей^[16].

Четыре элемента

Девиз Хуфнагеля — natura magistra («природа — учительница»), что отражает его интерес к натуралистическому изображению мира. Первые миниатюры животных были созданы ещё до отъезда из Антверпена и обеспечили ему признание в Мюнхене^[2]. Позднее эти работы были объединены в четырёхтомную рукопись (разные листы хранятся в Национальной галерее искусств, Вашингтон^[17], Купферстихкабинете, Лувре и частных собраниях). Animalia rationalia et insecta (ignis); Animalia quadrupedia et reptilia (terra); Animalia aquatilia et conchiliata (aqua); Animalia volatilia et amphibia (aier) — около 300 миниатюр и тысяча надписей, разделённых по четырём стихиям. Книга стала важным памятником науки XVI века, представляя весь известный тогда животный мир^[1][2].

Работа напоминает книгу-эмблему с латинскими девизами, эпиграммами и библейскими цитатами. Часть изображений выполнена по мотивам других художников (например, Ганс Верхаген ден Стоммен), а также по ксилографиям из Historia animalium Конрада Геснера.

Archetypa studiaque patris Georgii Hoefnagelii

В 1592 году его сын Якоб издал во Франкфурте Archetypa studiaque patris Georgii Hoefnagelii — собрание из 48 гравюр растений, насекомых и мелких животных ad vivum по рисункам Йориса Хуфнагеля^[18]. Гравюры делятся на четыре части по 12 листов, исполнены Якобом по эскизам отца^[19]. Итальянский учёный Филиппо Буонанни утверждал, что эти гравюры — первый пример использования микроскопа, однако это мнение оспаривается^[20]. Качество гравюр неоднородно, часть из них приписывают семье Де Бри^[21].

Гравюры имели не только научное, но и религиозное значение, способствуя размышлению о божественном замысле. Как и в книгах-эмблемах, каждый лист сопровождался девизом, часто с религиозным подтекстом. Мотивы Хуфнагеля копировались другими художниками вплоть до XIX века^[5].

Хуфнагель сыграл важную роль в становлении натюрморта, особенно цветочного, как самостоятельного жанра. Его миниатюра без даты считается первым независимым цветочным натюрмортом. Хуфнагель оживлял цветочные композиции насекомыми и деталями, характерными для его натурных исследований, например в Amoris Monumentum Matri Chariss(imae) (1589)^[22].

Считается, что именно миниатюры Хуфнагеля, гравюры из Archetypa studiaque и отдельные рисунки на пергаменте заложили основы жанра натюрморта, особенно голландских натюрмортов с цветами, раковинами и насекомыми^[15][5]. Через семью Гюйгенсов, в которую вышла замуж его сестра, влияние Хуфнагеля распространилось на голландских художников, в частности Якова де Гейна II, одного из первых мастеров цветочного натюрморта^[5].