Нью-йоркский потрошитель

В Нью-Йорке старик, гуляющий с собакой, обнаруживает труп молодой проститутки. Расследование поручают полицейскому детективу лейтенанту Фреду Уилльямсу, который вскоре обнаруживает, что совершённое убийство не единично и всего лишь звено в серии других кровавых убийств. При этом убийца разнообразен в своих методах, не гнушаясь ничем. И детектив решает поймать злодея, чтобы не допустить дальнейших преступлений.

Съёмки фильма проводились в течение месяца с апреля по май 1981 года в Нью-Йорке, хотя первоначально планировалось снимать фильм в Бостоне, так как в своё время там орудовал действительный маньяк. Также съёмочная группа подвергалась протестам и вынуждена была противостоять нью-йоркским профсоюзам^[1].

Фильм ознаменовал собой переход режиссёра от тематики зомби к чему-то новому, чем и стала история безумного маньяка убивающего в Нью-Йорке. Фильм отпугнул многих любителей раннего творчества режиссёра за счёт его мрачности, жестокости, обилием сцен насилия и их реалистичности, а также множества сцен «обнажёнки», часто доходящей до грубости. По словам режиссёра фильм находится на стыке фильмов Альфреда Хичкока и фантастических фильмов с насилием и сексом^[1].

Фильм был запрещён в Великобритании, и по распоряжению главы цензорской комиссии Джеймса Фермана все копии фильма были вывезены из страны.

Первоначально главную роль планировалось отдать Кэтрионе Маккол.

• Джек Хедли — Фред Уилльямс
• Антонелла Интерленги — Фэй
• Ховард Росс — Микки
• Александра Делли Колли — Джейн

Эрик Хендерсон из Slant Magazine назвал фильм «кислым и бессмысленным», добавив, что в нем «используются все необходимые ингредиенты, но от них не удается добиться авторитетного достоинства, которого можно ожидать от более изысканных нью-йоркских вомиториумов»^[2].

Мейтленд МакДонах из TV Guide дал фильму 1 звезду из 4, написав: «Фульчи чередует непристойные сексуальные сцены с наглядными и глубоко женоненавистническими убийствами, наполняет сюжет бессмысленными поворотами, а затем завершает все это с нелепым психологическим размахом»^[3].

Роберт Фиршинг из AllMovie утверждал, что в фильме Фульчи «потворствует наименьшему общему знаменателю, как никогда раньше в своей карьере». Он добавил, что «этой вопиющей игрой Фульчи показал больной толпе слэшеров, что дни хорошо продуманного, стильного итальянского ужаса прошли, их заменили самым жестоким видом сексуального насилия и извращений»^[4].