Матисен, Томас

Томас Матисен родился 5 октября 1933 года в семье среднего класса. Вырос в пригороде Осло (Норвегия). Его родители были двоюродными братом и сестрой. Их брак вызывал неодобрение родственников. Отношения родителей были стабильными. Они пережили трёхлетнюю разлуку, когда мать училась в США, а отец оставался в Норвегии.

Во время немецкой оккупации Норвегии в годы Второй мировой войны семья не испытывала серьёзных лишений. Многие норвежцы выращивали овощи и разводили животных. Семья Матисена сажала картофель, табак, разводила кур и кроликов. Отец Матисена участвовал в пассивном сопротивлении и распространял нелегальные газеты.

Мать Матисена была американкой. Это повлияло на его отношение к США. Во время войны небольшая группа американских солдат подружилась с семьёй Матисена. Позже он решил учиться в Висконсинском университете. Изначально он планировал изучать музыку. В итоге выбрал социологию. Осенью 1952 года он поступил в Университет Осло на факультет философии. Позже он познакомился со студентами-социологами. На него произвели впечатление работы Ханса Герта и Чарльза Райта Миллса. Он записался на курс «Американское общество». Матисен учился под руководством профессора Говарда Пола Беккера. Беккер опирался на чикагскую школу и классическую европейскую социологию. Влияние Беккера было значительным. Работы Толкотта Парсонса казались Матисену и его коллегам скучными.

Маккартизм повлиял на интеллектуальное и политическое развитие Матисена. Сенатор Джозеф Маккарти представлял штат Висконсин. Позже Матисен написал книгу Silently Silenced. В ней он описал атмосферу в университете того времени. Протесты против маккартизма стали его первым политическим опытом.

В 1955 году Матисен вернулся в Норвегию. Он поступил на кафедру социологии Университета Осло. Там он проводил эмпирические исследования в малых группах. В 1950-е годы в социологии доминировал структурный функционализм. Чтение Толкотта Парсонса было обязательным. Матисен считал это время одним из самых несчастливых в своей жизни.

В 1955—1956 годах Матисен заинтересовался группой эмпирических исследований под руководством Теда Миллса. 1 января 1959 года он начал работать в Институте социальных исследований в Осло. Он проработал там 20 лет. Проект финансировался Норвежским исследовательским советом по гуманитарным наукам. Матисен работал в междисциплинарной команде. Этот период он называл самым счастливым в своей жизни. Во время войны во Вьетнаме и протестов за гражданские права в США его отношение к Америке изменилось.

В Институте социальных исследований Матисен впервые столкнулся с тюремной системой. Он получил финансирование для двухлетнего исследования тюрьмы в Осло. Проект получил название The defences of the weak. Работа отличалась от исследований американских коллег, в частности от книги Society of Captives Грешама Сайкса. Сайкс утверждал, что давление заключения смягчается социальной солидарностью заключённых. Матисен нашёл мало доказательств такой солидарности. Он пришёл к выводу, что в тюрьме заключённые остаются слабыми и одинокими людьми, зависящими от охранников.

В 1972 году Матисен стал профессором социологии права в Университете Осло. Он продолжал изучать тюрьмы, уголовную политику и системы наблюдения.

Матисен участвовал в создании и руководстве KROM (норвежской ассоциации за тюремную реформу). Организация выступала против тюремного заключения. Директора норвежских тюрем критиковали движение. Организация стремилась как к реформе, так и к революции^[6][7]. Матисен добился признания негуманности и неэффективности тюрем среди норвежских интеллектуалов. KROM привлекала заключённых к политическим акциям. Позже KROM сменила повестку с реформы тюрем на их полную отмену^[8]. Учитывая рост числа заключённых в Норвегии, KROM сосредоточилась на гуманизации тюрем. При этом Матисен продолжал отстаивать принципы аболиционизма^[9].

Матисен отмечал рост числа пенитенциарных учреждений. В странах Центральной Европы и США наблюдается значительный рост численности заключённых. Это приводит к переполненности тюрем^[10].

Рост числа заключённых сопровождается ухудшением условий жизни в тюрьмах^[11]. В США появились частные тюрьмы. Матисен выделял две основные причины увеличения числа тюрем: расширение перечня уголовно наказуемых деяний и общее ужесточение наказаний^[12]. Например, американская программа «Война с наркотиками» ускорила массовое лишение свободы^[13].

Расширение тюремной системы связано с политическими и классовыми конфликтами в капиталистическом обществе. Тюрьма становится средством репрессий^[14]. Матисен ставил вопрос о целесообразности использования тюрьмы как основного метода разрешения конфликтов^[15].

Матисен критиковал аргументы в пользу тюремного заключения^[16]. Цели наказания традиционно делятся на социальную защиту и возмездие. Теория социальной защиты рассматривает наказание как средство защиты общества от преступлений (индивидуальная или общая превенция)^[17]. Теория возмездия направлена на удовлетворение требований справедливости^[18]. Матисен доказывал несостоятельность обеих теорий.

Матисен не считал реабилитацию восстановлением прежнего состояния^[19]. Сторонники тюрем как средства реабилитации возлагают всю вину на преступника, игнорируя социальные факторы^[20]. Успех или провал реабилитации приписывается самому заключённому^[21].

Матисен указывал на отсутствие инвестиций в механизмы восстановления чести и достоинства человека после освобождения. Идеология реабилитации включает четыре элемента протестантской этики: труд, школу, моральное влияние и дисциплину^[22]. Матисен считал идею реабилитации через тюрьму недействительной. При этом он выступал за сохранение медицинских и педагогических услуг для заключённых^[23][24].

Общая превенция предполагает, что наказание служит сигналом для общества о недопустимости преступлений^[25][26]. Матисен считал процесс передачи этого сигнала сложным и неэффективным^[27]. Социальные проблемы нейтрализуют превентивный эффект наказания. Общая превенция работает для тех, кто в ней не нуждается, и не работает для тех, кому она необходима^[28].

Матисен также поднимал моральный вопрос: справедливо ли наказывать одного человека для устрашения других? Система уголовного правосудия избирательна и часто жертвует бедными людьми ради поддержания порядка^[29][30].

Теория изоляции предполагает лишение человека возможности совершать преступления путём его заключения. Матисен указывал на проблему прогнозирования будущих преступлений^[31]. Уголовное право наказывает за прошлые деяния, а теория изоляции — за возможные будущие^[32].

Коллективная изоляция применяется к целым категориям людей. Это приводит к ошибкам в прогнозировании^[33]. Селективная изоляция основана на индивидуальном прогнозировании риска. Этот метод также ненадёжен и вызывает этические проблемы^[34].

Устрашение основано на использовании тюрьмы для предотвращения преступлений. Матисен считал этот метод неэффективным^[35].

Матисен анализировал теории уголовной политики. Абсолютные теории (например, закон талиона) направлены на справедливое возмездие. Относительные теории направлены на защиту общества^[36]. Матисен считал аргументы справедливости недостаточными для обоснования тюремного заключения^[37].

Неоклассический подход выделяет два типа справедливости: уравнивающую (пропорциональность наказания) и распределительную (равное отношение)^[38]. Матисен считал эти концепции слишком расплывчатыми. Он критиковал идею научного обоснования справедливости^[39]. Мораль изменчива^[40]. Строгость наказания относительна^[41].

Матисен ссылался на исследования Грешама Сайкса о страданиях в тюрьме (лишение свободы, автономии, безопасности)^[42]. Тюремное заключение нельзя точно измерить и сопоставить с тяжестью преступления^[43]. Время в тюрьме не является объективным показателем^[44].

Тюремная система поддерживается идеологией. Матисен выделял четыре функции тюрьмы в капиталистическом обществе: очистительную (контроль непродуктивного населения), потребительскую (поддержание статус-кво), отвлекающую (смещение внимания на преступников из рабочего класса) и символическую (стигматизация заключённых)^[45].

Средства массовой информации поддерживают идеологию тюрьмы^[46]. Телевидение играет ключевую роль в формировании общественного мнения. Британский исследователь Джеймс Карран сравнивал телевидение с церковью в Средние века^[47]. СМИ часто искажают информацию о преступности^[48].

Внутренние институты (полиция, суды) также поддерживают иллюзию эффективности тюрем^[49].

Матисен предлагал постепенно сокращать роль тюрем вплоть до их полной отмены. Инициатива должна исходить от левых сил^[50]. История показывает примеры исчезновения стабильных репрессивных систем (например, охота на ведьм в Испании или отмена рабства)^[51].

Матисен выступал против строительства новых тюрем. Он аргументировал это неэффективностью реабилитации и общей превенции^[52]. Переполненность тюрем должна вести к сокращению числа заключённых, а не к строительству новых зданий. Новые тюрьмы становятся постоянными учреждениями^[53].

Матисен также приводил гуманитарные и культурные аргументы. Тюрьма символизирует насилие как метод решения конфликтов^[54]. Экономически строительство тюрем нецелесообразно. Матисен предлагал стратегию постепенной отмены тюрем через негативные реформы (расширение свиданий, амнистии)^[55].

Матисен выделял два направления работы: законодательное и политическое. В законодательной сфере необходимо расширять депенализацию и декриминализацию, снижать максимальные сроки наказания^[56].

Политическая подготовка включает работу с обществом. Необходимо проводить контрфункциональную работу, информируя людей о реальных функциях тюрьмы^[57][58]. Также важна работа по противодействию отрицанию провала тюремной системы^[59].

Матисен предлагал создавать альтернативные общественные пространства для дискуссий, независимые от массовых СМИ. Интеллектуалы должны проводить исследования в интересах общества^[60].

Матисен предлагал систему материальной и символической компенсации для жертв преступлений^[61]. Для потенциальных жертв необходимо улучшать социальную организацию. Правонарушителям, часто находящимся в состоянии бедности, требуется материальная поддержка и социальная реинтеграция.