Лапутин, Евгений Борисович
Евгений Лапутин (23 декабря 1958, Москва — 20 сентября 2005, Москва) — российский пластический хирург и писатель[1]. С 2000 года до своей смерти был ведущим хирургом клиники «КЛАЗКО». Им были написаны сотни работ в области нейрохирургии, эстетической медицины и пластической хирургии.
Общие сведения
| Евгений Лапутин | |
|---|---|
| Дата рождения | 23 декабря 1958 |
| Место рождения | |
| Дата смерти | 21 сентября 2005 (46 лет) |
| Место смерти | |
| Страна |
 СССР  Россия |
| Научная сфера | пластическая хирургия |
Внешние изображения
Биография
Родился в Москве. Окончил лечебный факультет столичного медико-стоматологического института, после чего до 1988 года работал нейрохирургом в институте имени Склифосовского. Пластической хирургией начал заниматься в 1988 году. Стал известен как разработчик оригинальных современных методик по коррекции возрастных изменений.
Медицинская деятельность
С 1988 года Евгений Лапутин начал заниматься пластической хирургией, первоначально работая в московском Институте красоты. В 2000 году он перешёл в клинику лазерной косметологии «КЛАЗКО», где занял должность ведущего хирурга, оперировал до 2005 года.
В 2003 году по итогам опроса экспертов он был признан лучшим пластическим хирургом Москвы[2].
Литературная деятельность
Лапутин был известен не только как доктор, но и как писатель. Он состоял в Союзе писателей России. С 1996 (или, по другим данным, с 1997) года до своей смерти в 2005 году был главным редактором литературно-художественного журнала «Новая Юность»[2] и научным редактором журнала «Kosmetic International». Его роман «Мои встречи с Огастесом Кьюницем» (1999) был высоко оценён литературной критикой. Последняя книга Лапутина «Студия сна, или Стихи по-японски», вышла незадолго до его смерти. По мнению поэта Глеба Шульпякова:
…как мне кажется, он считал, что в кучу сбиваются бездари, чтобы легче было обороняться — или травить. Ну или делить премии и гранты. А он в этом не нуждался. Был финансово обеспечен и творчески абсолютно свободен. И в этом для меня тоже заключается некий урок Лапутина. Когда следует рассчитывать только на свои силы. Играть по тем правилам, которые сам признаешь. И плевать на то, что по этому поводу думают остальные. Когда-то, несколько лет назад, я был номинатором на Букера — то есть мог выдвинуть два романа. И я выдвинул «Голубое сало» Сорокина и роман Лапутина «Мои встречи с Огастесом Кьюницем». Без этих авторов, ярчайших, самобытных, длинный список был бы неполным, так я считал. По-моему, это был единственный раз, когда Женя участвовал в «литературной жизни» (помимо публикаций в журналах), и то не по своей воле. И в этом смысле я за него рад, конечно[3].
Убийство
Евгений Лапутин был убит вечером 21 сентября 2005 года. Нападение произошло около 22:00 у подъезда его дома на Остоженке. Двое неизвестных, один из которых был на роликах, нанесли хирургу несколько ножевых ранений и скрылись. Лапутина доставили в институт Склифосовского, где он умер во время операции[4][5]. Прощальная церемония проходила в ритуальном зале Центральной клинической больницы. Туда пришли сотни людей, в том числе врачи и пациенты, среди которых были Лидия Федосеева-Шукшина и Татьяна Лазарева. На похороны из Нью-Йорка прилетели его мать, дочь, сестра и другие родственники.
Евгений Лапутин был похоронен в Москве на Даниловском кладбище.
Следствие рассматривало несколько основных версий убийства, связанных с профессиональной деятельностью хирурга: профессиональная конкуренция (в том числе из-за участия в телепроекте), конфликт с другим хирургом, а также деятельность в области стволовых клеток. Преступление осталось нераскрытым[5].
Личная жизнь
Первая жена — Вита, с ней он прожил вместе около 20 лет, вынужден был разойтись. Вита также работала врачом. В браке у них родилась дочь Яна. После смерти отца Яна сделала телевизионную карьеру, участвовала в шоу «Скажи, что не так?!» и «Между нами девочками». Написала несколько книг[6][7]. * Внучка Тея (род. 18 июня 2011 года).
Вторая жена Евгения Лапутина — Ирина, жила с ним в гражданском браке. На момент убийства Лапутина их общему ребёнку было около двух лет.
Оценки
Женя, на мой взгляд, делал в русской литературе невозможное. Он продолжал линию, которую наметил в поздних романах Набоков. То есть выдумывал собственные миры, населял их вымышленными персонажами, некими собирательными, что ли, образами, выуженными из собственного подсознания, и подсматривал, как они там, в романах, живут, и что вытворяют. То есть шпионил сам за собой, в сущности. Устраивал в прозе то, о чем мы боимся думать. И видим разве что во сне. После чего просыпаемся с каким-то стыдливым блаженством. Плюс, поскольку он прекрасно знал цену любому виду психоанализа, делал все это с самоиронией.
Литературные критики относят прозу Евгения Лапутина к элитарной литературе, отмечая в ней влияние модернизма. В отзывах проводятся параллели с произведениями Владимира Набокова и Джеймса Джойса. Одной из главных особенностей стиля писателя называется сознательная деконструкция традиционных повествовательных форм[8]. В медицинском сообществе Лапутин пользовался авторитетом. Коллеги выделяли его крайне бережное отношение к пациентам: хирург придерживался реалистичного подхода и отговаривал их от пластических операций, если не видел в них острой необходимости[9]. В память о нём была посмертно учреждена премия в области эстетической медицины «Золотой ланцет».
Библиография
- «Памятник обманщику» (1990)
- «Мои встречи с Огастесом Кьюницем» (1999)
- «Студия сна, или Стихи по-японски» (2005)
Публикации в периодике:
- Роман «Приручение арлекинов» («Новый мир», 1993, № 7)[10]
- Главы из романа-мистификации «Мои встречи с Огастесом Кьюницем» («Новая Юность», 1994, № 2—3; 1996, № 16)[10]
- Обращение «(к читателю)» («Новая Юность», 1996, № 19)[11]
- Главы из романа «Стихи по-японски» («Новая Юность», 2000, № 1, 5; 2003, № 2)[12][13]
Примечания
Ссылки
