Жизнь ни во что

Действие повести, как указывает сам автор, происходит

Уральский рабочий Лбов, не приняв поражение восстания в Мотовилихе, со своими немногочисленными товарищами уходит в подполье и продолжает вести борьбу с царским правительством. Вскоре ряды партизан пополняют опытные петербургские террористы — Демон, Гром, Змей и Фома. Так создаётся грозный отряд, который не щадит человеческих жизней и вступает во многочисленные схватки с противником, зачастую «нервные и безрассудные».

«Лбову в повести противостоит казачий хорунжий Астраханкин, у которого есть невеста Рита Нейберг – дочь правителя канцелярии пермского губернатора. Эти трое и безымянная любовница партизанского вожака образовывают сложный любовный квадрат, отношения внутри которого обеспечивают развитие главной линии сюжета. Ещё один персонаж – титулярный советник Феофан Никифорович Чебутыкин, часто попадающий в нелепые ситуации, стал основой побочной линии»^[2].

После увольнения в 1924 году из Красной Армии, Аркадий Гайдар, по совету и рекомендациям своих друзей-журналистов, устраивается в пермскую окружную газету «Звезда». Период писательской деятельности на Урале — два неполных года стали для Гайдара чрезвычайно плодотворными, несмотря на их относительную неосвещённость^[3].

В 1925 году в Перми праздновался двадцатилетний юбилей революции в Мотовилихе. Из архивных документов было поднято имя А. М. Лбова. Эта историческая фигура, вокруг которой к тому времени были сложены легенды, заинтересовала молодого писателя. Идея создания повести была поддержана редакцией «Звезды». Началась напряжённая и поспешная работа над книгой.

Рабочими материалами Гайдара стали пермские архивы. Разобщённость фактов, обширность сведений и отсутствие времени стали определённой преградой для писателя. Его вдохновляли встречи с лбовцами, во время которых раскрывались новые детали, события, более подробно описывались характеры отдельных партизан. Безусловно, всего этого не было в официальных исторических документах.

10 января 1926 года «Звезда» начала публикацию неоконченной повести. По воспоминаниям современников, в Мотовилихинском клубе Гайдар читал главы из «Жизни ни во что» и интересовался мнением рабочих.

В примечании к повести автор пишет: «Все главнейшие факты, отмеченные в повести, верны, но, конечно, обработаны в соответствии с требованиями фабулы. Имена главных героев подлинны. Все остальные нарочно вымышлены, ибо многие из участников лбовщины ещё живы и я не хотел находиться в зависимости от могущих быть замечаний с их стороны по поводу некоторого расхождения повести с массой мелких исторических фактов». Это заявление, во-первых, было ответом на недовольство пермских историков и самих лбовцев искажением некоторых фактов, что не лучшим образом отразилось на подробности описания событий во второй части произведения, и, во-вторых, давало понять, что Гайдару интересен Лбов не как историческая фигура, а, прежде всего, как личность^[4].

Аркадий Гайдар, работая над повестью, продолжал издание фельетонов и прочих работ, требовала внимания молодая семья, времени до празднования юбилея революции в Мотовилихе оставалось в обрез. Всё это наложило отпечаток на художественное качество произведения и полноту изложения исторических фактов.

Между тем, нельзя не отметить увлечённость писателя описываемыми им событиями. Он ярко и точно рисует сцены сражений, при этом уделяет недостаточное внимание лагерю противника. Ещё в предисловии к повести Гайдар выражает своё мнение — он искренне восхищён лбовцами.

В произведении не задана чёткая хронология событий. В повести Гайдар указывает лишь две даты — 13 декабря 1905 года и март 1907 года. Он разрешает себе навести свой порядок, творчески расставить события и персонажей^[5].

Молодой писатель понимает несовершенство своего труда и намеревается его переработать, о чём пишет в своём дневнике в 1932 году:

Несмотря на авторскую самокритику, в одной из рецензий на произведение отмечается, что повесть «Жизнь ни во что» стала большим прорывом в творчестве А. П. Гайдара.

Повесть «Жизнь ни во что» с первых дней публикации пользовалась у читателей большим успехом. Её читали с интересом.

В своём отчёте редакция газеты сообщает следующее:

"Повесть Гайдара вызвала почти одинаковые отзывы.

— Я пережил эту лбовщину, — говорит один, — и отчасти знаком с ней. Повесть может не удовлетворить тем, что печатается не ежедневно. Если бы её выпустить отдельной книжкой, она бы разошлась хорошо.

— Повесть интересна. Когда её нет, газета кажется несколько сухой, — говорит один из рабочих"^[6].

Аркадий Гайдар стал первым писателем, открывшим образ Лбова своему читателю. Как считала литературный критик В. В. Смирнова,

"как в первые дни в армии пришлось ему все соображать самому и о многом догадываться и в бою приобретать опыт, так и в литературной жизни был брошен он сразу на глубокое место и должен был напрячь все силы, чтобы выплыть^[7]".

Редакция газеты Комсомолец после переиздания повести в 1929 году оставила несколько отзывов:

"Из-за неё многие и свою газету прочитывают". <...>

"Впервые в „Комсомольце“ молодёжь увидела повесть Гайдара „Жизнь ни во что“, за которой каждый читатель следил с напряжением^[8]"…

Повесть подверглась критике и в лице руководителя пермского бюро истории партии К. Ольховской, которая считала неуместным творческое отношение к реальным событиям^[9].

Одной из глав повести «Жизнь ни во что» стал малоизвестный рассказ Аркадия Гайдара «Провокатор», опубликованный в «Звезде» 29 ноября 1925 года. Но так как рассказ был издан на страницах той же самой газеты, что и повесть, писатель включил его в книгу с соответствующим авторским комментарием только после выхода отдельного издания в 1926 году^[10].

• Гайдар А. П. Жизнь ни во что (Лбовщина). — Пермь : Пермкнига, 1926. — 72 с. — 8000 экз.