Братский приют

Изначально учреждение было создано протестантской общиной Пусана в 1960 году. В 1962 году был выкуплен Паком Ин Гыном, на тот момент сержантом южнокорейской армии, впоследствии — генеральным директором Братского центра. в 1965 году он получил разрешение на открытие приюта для детей, а в 1975 году подписал «контракт на временную защиту бродяг» с администрацией города Пусан.

В декабре 1975 года МВД Республики Корея подготовило Директиву № 410 «Руководящие принципы по отчётности, контролю, приёму, защите, возвращению и последующему обращению с бродягами». Согласно этому приказу, были мобилизованы все административные ведомства. Центр действовал при поддержке президентов Пак Чон Хи и Чон Ду Хвана. В частности, администрация президента Чун Ду Хвана предоставила ежегодную поддержку Центру в размере от 1 до 2 миллиардов южнокорейских вон на покрытие эксплуатационных расходов^[2].

В 1960—1980-х годах, особенно в годы перед Азиатскими играми 1986 года и Олимпиадой в Сеуле 1988 года, власти пытались «очистить улицы от бродяг». К 1986 году в 36 учреждениях содержания бездомных, которые работали за счёт государственных субсидий, содержалось более 16 000 человек. Самым жёстким режимом отличался Братский центр благосостояния в Пусане, где содержалось до 4 355 человек, хотя учреждение было рассчитано лишь на 500 человек^[3].

С 1976 по 1987 год через Центр прошло около 38 000 человек^[3]. По информации следствия, порядка 70 % из них были обычными людьми, которые не нуждались в содержании в специализированном заведении. Например, в 1986 году мужчина был схвачен полицией и помещён в Центр, когда заснул на вокзале Пусана в ожидании поезда^[4].

В декабре 1986 года Ким Ён Вон, прокурор Ульсанского отделения районной прокуратуры Пусана, случайно стал свидетелем нарушений прав человека в Центре, после чего он начал расследование. В 1987 году, после побега 35 человек, сумевших оповестить СМИ об условиях содержания в Братском приюте, поднялась волна негодования и приют был закрыт. Директор Пак Ин Гын оказался под следствием, однако, несмотря на собранные доказательства, в 1989 году Верховный суд Республики Корея признал Пака невиновным в жестоком обращении с людьми на том основании, что он содержал бродяг в соответствии с постановлением правительства. Пак был приговорён к двум годам и шести месяцам тюремного заключения по обвинению в нарушении строительного законодательства и растрате. Выйдя из тюрьмы, Пак Ин Гын в 1990-х сменил название Центра на «Деревня Джоба», продолжая заниматься бизнесом. Например, в 2001 году он получил прибыль в размере более 20 миллиардов вон, продав национальный лес, предоставленный правительством по низкой цене строительной компании под предлогом реализации общественных проектов. Пак умер в доме престарелых в 2016 году из-за обострения хронического заболевания^[2]. В 2021 году зарубежное новостное издание Al Jazeera и британская Daily Mail сообщили, что потомки Пак Ин Гына владеют полем для гольфа и курортом в Австралии^[5].

В 2012 году Чон Сон Хан, один из выживших заключённых Центра, начал одиночную акцию протеста перед Национальным собранием^[6]. Следом и другие пострадавшие в результате содержания в Братском центре благосостояния стали требовать расследования и компенсаций. На протяжении нескольких лет они устраивали многочисленные демонстрации и сидячие пикеты перед зданиями парламента и правительства Южной Кореи. Но только в 2020 году под давление общественного мнения власти Южной Кореи начали рассмотрение многочисленных нарушений и случаев жестокого обращения в Центре^[2].

В январе 2024 года Высокий суд Сеула обязал государство выплатить каждому пострадавшему из числа тех, кто обратился в суд, по 75 млн вон (примерно 50 тыс. долларов)^[4].

В январе 2025 года один из заключенных Ценетра скончался за три дня до первого судебного разбирательства по иску о компенсации^[7].

В Центре, по свидетельствам содержавшихся там, широко применялись пытки, избиения, изнасилования, принудительный детский труд, питание было крайне скудным, содержавшиеся там дети практически не имели возможности учиться. Хотя из госбюджета выделялись средства на оплату труда содержавшихся в приюте, люди этих денег не получали, а возмущение подавлялось самыми жестокими способами вплоть до убийств^[8]. Таким же образом наказывали за попытку побега. В медицинском отделении Центра больные получали вместо лекарств транквилизаторы, что превращало их в наркоманов^[9]. Тела погибших тайно захоранивались или были проданы медицинским вузам для анатомической практики.

Жизни в Центре была построена по образцу воинской части. Люди были разделены на роты или взводы. Была создана вертикальная система управления: директор, заместитель директора, командир роты, командир взвода, руководитель группы и рядовые члены группы. Чтобы предотвратить побеги, объект охранялся охранниками с собаками. Периметр Центра был окружён колючей проволокой и сторожевыми вышками.

Нарушения, происходившие в Центре, удавалось скрывать, поскольку президент Южной Кореи Чон Ду Хван поддерживал руководство учреждения, дав ему свободу действий^[3].

Сериал Netflix «Игра в кальмара-2» был вдохновлён трагедиями людей, содержавшихся в Братском центре благосостояния^[10].