Белый царь

«Белый царь» (монг. Цагаанхаан^?, ᠴᠠᠭᠠᠨ
ᠬᠠᠭᠠᠨ^?, калм. Цаһанхаан, ᡔᠠᡎᠠᠨ
ᡘᠠᡎᠠᠨ, тюрк. Aqqaɣan) — прозвание, которое давалось восточными народами (тюркскими и монгольскими) русским царям начиная с Ивана Грозного. Употреблялось также среди кубанского казачества^[1].

Согласно исследованиям Б. А. Успенского, первая фиксация названия «белый царь» как наименования московского государя в письменном источнике — в Повести об восьмом соборе Симеона Суздальского («Слово о становлении восьмого собора»), где это словосочетание применено к Василию Тёмному под 6949 (1441) годом: о нём говорится как о «благоверном и христолюбивом и благочестивом истинно православном великом князе Василии Василиевиче, белом царе всеа Руси».^[2][3]

Герберштейн в «Rerum Moscovitarum commentarii» полагал, что это название происходит оттого, что русские цари носили белый клобук, в противоположность персидским шахам, носившим красные колпаки и потому называемым «кизил-башами». Но объяснение это является неубедительным. Вернее предположить, что название это дано русским царям, как свободным, независимым, государям, никому не платящим дань, согласно тому понятию, которое придавали слову «белый» восточные народы^[4].

Хамбо Дамба-Даржо Заяев в 1764 году опознал российскую императрицу Екатерину II в качестве хубилгана Белой Тары. С тех пор все хамбо-ламы приносили специальную присягу на верность «Белому царю». Со смертью Екатерины в российских самодержцах стал воплощаться лишь аспект, точнее хубилган Ума Белой Тары.

Образ «белого царя» является одним из сакральных образов русской народной духовной поэзии — в частности, он содержится в известном памятнике русской литературы, «Голубиной книге»^[5]: